Несусь мимо закрытых магазинов. Спотыкаюсь о низенькое крылечко аптеки. Над входом сияет золотистый овал фонаря. Мигает реклама сверхпрочных презервативов. "Ты хоть сотню обойди, резины крепче не найти. Лучшие контрацептивы нашего времени. Самые безопасные", сообщает вывеска.
– Чтоб вы сдохли с вашими сотнями обойденных! – яростно сплевываю и бью в витрину кулаком.
Стекло взрывается и щедро усыпает улицу за моей спиной. Преследовательницы ругаются, поскальзываясь на осколках. До меня доносятся красочные эпитеты, многие из которых обещают стать моими эпитафиями.
Улица заканчивается разветвлением. Не успеваю притормозить и бьюсь каблуком тюремного тапочка о стену ближайшего дома. Некоторое время балансирую на одной ноге, пытаясь ухватиться за кирпичную кладку. Решаю бежать налево.
Из-за угла, с той стороны, куда меня угораздило повернуть, появляется подкрепление. Десяток густо размалеванных дамочек приветственно раскрывают объятия. Одна бабулька, на вид не моложе тысячелетия, разрывает кофточку на груди:
– Иди ко мне! – верещит она. Ее обвисшие формы призывно колеблются.
С трудом подавляю рвотный рефлекс. Радуюсь, что не успел отужинать.
– Не-не, – мотаю головой и бросаюсь в обратном направлении.
– Ты не посмеешь ослушаться Законов! – орет старуха и преследует меня широкими скачками. Интересное наблюдение: с виду все они такие дряхлые, а как только дело доходит до амурных отношений… Да у меня в юношестве такой прыти не хватало. Правду говорят, что любовь творит чудеса…
– Плевать на Законы, – отвечаю на бегу. – Я – государственный преступник! Бойтесь меня!
– Это ты щас испугаешься, – вопит многоголосная толпа. – Ты щас увидишь женское счастье.
Пробегаю мимо основной группы "счастливых" баб. Несколько рук хватают меня за куртку. Воротник не выдерживает, отрывается. Рукав превращается в лохмотья, острые ногти вспаривают кожу.
Кричу от боли и вырываюсь. Заезжаю кулаком во что-то мягкое. Одна из дамочек с оханьем приседает на тротуар. Через нее перецепляются еще несколько женщин. Они весело грохаются на магасфальт, поднимая пыль.
Рвусь вперед, в темноту. Никогда в жизни так не бегал, даже перед лицом смертельной опасности. Впрочем, одно дело – смерть от оружия врага. И совсем другое – кончина от излишнего женского внимания.
Улица заканчивается небольшим сквериком. Несколько округлых клумб, щедро заросших цветами. Парочка деревьев, вид невозможно определить из-за темноты. Вокруг расходятся узенькие тропинки. Одна ведет прямиком к кварталу Черного озера. Другие – в неизвестность.
Мне малознаком этот квартал. Но память подсказывает, что к озеру бежать – последнее занятие. Насколько помню, на Всемежен некоторые престарелые дамы любят позаниматься ночным купанием. Берег водоема однозначно забит многочисленными громадами пожилых матрон и скукожившимися мощами вдовушек.
Бросаюсь в широкую щель среди высоких башен. Над головой мелькает красная вывеска. Потрескивают сервомоторы магической проекции. Что там написано – не успеваю заметить. Перепрыгиваю через глубокую канаву. Какое-то затейники украли магиталлическую решетку – у нас в Валибуре массово процветает воровство любых металлов. Радуюсь и благодарю фамильного демона за то, что не дал погибнуть на дну городского отстойника.
Краем глаза успеваю заметить: пять или шесть преследовательниц не увидели неприкрытой ямы. С дружными воплями они уносятся под землю. Оттуда слышатся визг и пьяная ругань. Доносится дрожащий мужской голос. Вот это да! Какой-то бездомный бродяга задумал спрятаться от всемирного женского счастья. Но и там нашли. Грохнувшиеся дамочки весело воркуют и похотливо завывают. Мужчина хрипит и затихает, остается лишь эхо.
Большинство престарелых девиц не желает полезать под землю. Они продолжают преследование, бегут за мной.
– Ну сейчас мы тебя… – верещат они.
Яростно работаю ногами, в ушах пульсирует свистящий воздух. Спиной чувствую злобное женское либидо. Начинаю понимать паршивца-демона, который из-за ревности поднимал когтистую лапу на свою жену. Понимаю, но все равно не собираюсь избивать ни в чем неповинных женщин. Исключением является только убиенная мною Хатланиэлла из мира номер 1114/53. Но она – не женщина, а настоящая машина для убийства. К остальным девицам претензий не имею. Они ведь не виноваты, что существует такой интересный праздник, как Всемежен.
Ударяюсь грудью в высокие магиталлические ворота. Они находятся под слабым напряжением – способны убить насекомое и слегка отрезвить подвыпившего мужчину. На меня магелектричество не оказывает особого влияние. Содрогаюсь от ударов током, но упрямо карабкаюсь по рельефной створке ворот.