Господин Селезнев заблуждался. Причём как минимум дважды.
Сопровождавшие нас боевые подразделения, составляли только незначительную часть тех сил, которые я собирался задействовать в борьбе за своё наследство.
А что касается возможности нападения на колонну, в которой следуют Государственный Инспектор и Государственный Пристав, то тут всё зависело от того, какие ставки в игре. Если приз достаточно большой, то найдутся люди, которые не остановятся ни перед чем.
— Я вообще не понимаю, из-за чего весь сыр-бор, — включился в разговор Государственный Инспектор Николай Жмых. — Графство, которое вам досталось, по меркам Империи достаточно бедное и незначительное. Конечно, Управляющий наверняка подворовывал, но это не та фигура, которая может доставить существенные неприятности. А серьёзные люди вряд ли заинтересуются вашим наследством настолько, чтобы начать из-за него небольшую войну.
Оба государственных чиновника ничего не знали про добычу изумрудов и того, какие влиятельные силы на самом деле замешаны в происходящем. Жмых и Селезнев считали, что имеет место банальный земельный спор с борзыми соседями и конфликт с вороватым Управляющим, который будет всячески препятствовать новому хозяину вступить в свои права.
Они пока не представляли себе, во что ввязались, и какая опасность им угрожает.
Похоже, что Жмых и Селезнев решили, что молодой граф, трус и паникёр. Они ещё больше утвердились в этом мнении, когда перед самым выездом заметили, что у меня под френчем полувоенного образца надета плечевая кобура, в которой просматривается крупнокалиберный пистолет производства Демидовских Заводов, семнадцатизарядный «Стриж», который в ходу у оперативников Имперской Службы Безопасности.
По их переглядыванию и улыбкам я понял, что эти господа решили, что я не только паникёр, но и явный псих.
Они даже начали пошучивать надо мной, и поскольку следующим пунктом нашего назначения был город Муром, то они начали травить байки про страшные Муромские леса, в которых бесчинствуют разбойники во главе с самим Соловьём-разбойником.
Весело им было, понимаешь. Забегая вперёд, следует сказать, что веселились они недолго. Поскольку, не успели мы далеко отъехать от Владимира, как случились первые неприятности.
Честно говоря, я и сам не ожидал, что неприятности начнутся так скоро.
Колонна после выезда из Владимира в направлении Мурома спокойно двигалась около часа, как вдруг движение остановилось.
Через пяток минут стало ясно, что остановка не связана с пробками на дороге, а касается непосредственно нашей колонны.
Ещё через пять минут прибежал посыльный и сообщил, что причиной остановки является патруль военной полиции и требуется моё личное присутствие. Якобы моя Боевая Дружина создана недавно, и у патрульных возникли какие-то проблемы с идентификацией её в электронном реестре. Для быстрого разрешения ситуации патрульные просили предоставить документы, подтверждающие легитимность моей Дружины.
Чего-чего, а всяких документов, следующие со мной юристы, зная любовь чиновников к бюрократии, захватили воз и маленькую тележку.
Поэтому я не особо напрягся и в сопровождении парочки представителей нанятой мной солидной юридической фирмы, рекомендованной, кстати, Кропоткиными и тесно аффилированной с их Великим Домом, направился в голову колонны.
Сопровождали меня Начальник охраны Волков и пара телохранителей, и командир отряда Дружины Олсен с несколькими бойцами. Также с нами увязались Государственный Инспектор Жмых и Государственный Пристав Селезнев.
Идти пришлось по обочине вдоль колонны. Головные машины остановились в месте, где шоссе пересекалось со второстепенной, плохо заасфальтированной дорогой. Дорога в этом месте шла по дуге и метрах в пятидесяти от шоссе круто сворачивала, теряясь за густыми порослями тянущегося наискосок от шоссе леса.
Вплотную к перекрёстку стояла автомашина Военной полиции, впереди которой находилось трое полицейских. Далее метрах в двадцати стояла вторая машина военной полиции, почему-то капотом в противоположную сторону от шоссе и с включённым двигателем.