Лишь сев рядом с сыном, который во все глаза смотрел на незнакомого дядю, я поняла, что сейчас Денис прав.
– Мам, а кто это?
Но вместо меня ответил Денис Павлович:
– Привет, я друг. Эээ… он не знает пока?
– Нет.
– Ясно. Давай знакомиться, меня зовут Денис, и я буду твоим новым другом.
Он протянул руку, и Тема неуверенно её пожал.
– Ого, классный пёсик, как его зовут?
– Дик, мне его Саша подарил.
Денис кивнул, завёл машину и мягко тронулся, продолжая болтать с Темой.
– Ну вылитый Санёк, даже слепой заметил бы сходство.
Мы подъезжали к дому, где жила Лиза.
– Да, очень. Спасибо.
– За что?
– За всё.
Лиза и Миша уже стояли во дворе и ждали нас. Тёма спал у меня на коленях, а Дик рядом с ним, уткнувшись мордочкой ему в шею.
– Анют, ну, что там?
– Что с Саней?
Денис вышел первый, помог с Артёмом, а потом пожал руку Мише и ответил:
– Привет, он ранен, везут в больницу.
– Серьёзно?
– В ногу, проходит пару недель с тросточкой.
И тут меня накрыло. Я передала спящего Тёму Лизе в руки и подлетела к Дэну, несколько раз ударив его кулаком в грудь.
– Почему ты мне это не сказал! Я всю дорогу с ума сходила, не зная, куда его ранили!
Денис рассмеялся и крепко прижал к груди:
– Прости, Ань, ступил. Поехали?
– Миша, мне вообще-то тяжело, возьми крестника.
Миша перехватил моего сыночка у жены и кивнул нам:
– Звоните.
День плавно перешёл в вечер, а вечер в ночь. Сашу прооперировали сразу же по поступлению. Меня пустили к нему только ближе к одиннадцати ночи.
– Сашка.
– Привет, Бешеная.
Я села на край кровати и нежно провела ладошкой по его щеке:
– Прости меня…
– Не смей больше извиняться, – он притянул меня к себе.
Я упала ему на грудь, чувствуя, как сильные руки любимого крепко меня сжали, а его сердце быстро билось прямо под самым моим ухом.
– Теперь всё кончено и ты, нет, вы со мной.
Сильнее прижавшись к нему, поцеловала в шею, вдыхая запах любимого мужчины, моего мужчины.
– Да, спустя столько времени и мучений.
– Это да. Но теперь всё в прошлом, обещай, что будешь верить мне всегда, а я обещаю, что буду любить тебя до невозможности.
– Клянусь.
– Вот и умница.
Я осталась на всю ночь в больнице. Денис, удостоверившись, что с его другом и со мной всё нормально, выслушав краткий рассказ о том, как Саша схлопотал эту пулю, уставший поехал домой.
– Не надо было рисковать.
– У меня не было выбора, ты не видела его сумасшедший взгляд.
– Видела. Даже думать боюсь, чтобы со мной было, если бы…
Саша прижал палец к моим губам и поцеловал в висок:
– Вот и не думай. Теперь о Макарове останутся лишь неприятные воспоминания и шрам на моей правой ноге.
***
– Ммм… Как мне нравится эта картина, – Саша подошёл ко мне и, сев рядом, стал целовать в шею, руками подбираясь к оголённой груди.
– Держи себя в руках, – я тихо шикнула на Сашку, вынимая грудь из маленького ротика заснувшей Евы.
– Ничего не могу с собой поделать.
– Саш…
Поправив одной рукой лиф платья, я поцеловав мужа в щёку и встала, чтобы положить нашу двухмесячную дочку в кроватку.
– Она такая маленькая, что у меня до сих пор руки дрожат, когда беру её, – Саша встал рядом и притянул меня к себе, обнимая за талию руками.
– Маленькая, да, но не хрустальная, поверь.
Я каждый раз смеялась от того, как муж со страхом держал Еву и боялся сделать лишнее движение. Смешной такой.
– Сколько у нас времени?
– Где-то полтора часа.
– Отлично.
Он снова стал покрывать поцелуями мою шею, одной рукой обхватывая грудь, сжимая сильнее, а другой, приподнимая платье, нежно поглаживал бедра. Я прижалась к нему попкой, чувствуя через одежду, как он возбуждён.
– Этот запах будит во мне зверя.
Я усмехнулась, прекрасно понимая, о чём он говорит. Как только родилась Евочка, муж, как с цепи сорвался, превращая каждую свободную минуту в секс-марафон.
– На тебя плохо влияет дружба с Некрасовым.
– Возможно, но тебе ведь нравится.
Он легонько прикусил мочку уха и потянул за сосок, слегка его прищипывая пальцами, отчего я не смогла сдержать стон.
– Саш… Не в детской же.
– Ты права.
Он резко развернул меня к себе, перекинул через плечо и понёс в нашу спальню, а я закрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться в голос.