И, скажу честно, оставил я больше, чем планировал. Пятнадцать тысяч утекли как вода.
Вернулись мы домой с Машей практически в одно время. Я из банка, она — с рынка. И оба с пакетами, набитыми одеждой. По возвращении встретили Светлану. Ассистенка успела вернуться раньше нас, поэтому около получаса ждала меня в машине. И стоило мне возникнуть в радиусе её видимости, как она вышла из автомобиля и направилась ко мне с чёрным аппаратом в руке.
— Рада встрече, господин Коршунов, — она улыбнулась, вручив новенький телефон. — Добрый день, Мария.
— Привет, — ответила взаимностью сестра. — Проходи в дом, Света. Смотри, сколько всякой всячины я накупила.
— Поздравляю.
— Спасибо!
Мы зашли в дом. Маша поднялась к себе в комнату, а мы со Светланой остались на кухне. Заварили чай, достали из шкафчика тортик и принялись обсуждать, что есть на повестке.
— Новости о вчерашнем Разломе, возникшем в Новгороде, всё сильнее раздуваются журналистами, господин Коршунов, — обозначила девушка, разламывая вафлю и осторожно откусывая.
— Событие трагичное. Это нормально. Что тебя удивляет? — спросил я.
— Дело в том, что по Империи пошли слухи. Якобы один из Гвардейцев, выполняя задание, увидел духа Огненного ворона в астрале, — отозвалась она. — По словам Гвардейца, ворон принимал личное участие в уничтожении сферы разлома.
— Увидел и увидел, — пожал я плечами. — Огненный ворон скитается по миру духов. Он вполне мог выбрать себе нового хозяина и помочь ему.
— Да, но люди начали искать хозяина Огненного ворона.
Да, я понимал, что этот гвардеец язык за зубами не сдержит. И вообще, развелось болтунов. С другой же стороны, информация о том, что именно я стал хозяином Огненного ворона станет неплохим трамплином.
Но это риск. Не думаю, что не найдётся желающих отобрать у меня ворона. Пусть не девственно чистого, но легендарного. Такой на аукционе целое состояние будет стоить.
— И что? Нашли? — спросил я.
— Нет, но вы один из тех, кто в теории мог им стать, — пояснила девушка. — Есть кадры, где вы вместе с воплощённым духом сражаетесь с Демоном. Конечно, мало кто верит, что этот дух вам принадлежит. К тому же, там было много гвардейцев, любой мог послать его на помощь к вам. Но всё же, каждое новое сражение — это хождение по тонкому льду.
— Забавный ход мыслей, — хмыкнул я, нарезая тортик.
— Есть две проблемы, — подала голос Светлана, перемешивая сахар в чае. — Первая, это желание некоторых разбогатеть на таких духах, как Огненный ворон. Даже если он вам не служит, найдутся те, кто захочет это проверить.
— Как найдутся, так и потеряются.
— И вторая, — добавила девушка. — Орловы беспокоятся. Вы привлекаете к себе внимание, а значит желающих втянуть вас в род всё больше.
— Конкурентов никто не любит, — покачал я головой. — А что там с Орловым? Как он себя чувствует?
— Физически стабильно, а вот морально… В общем, вы спустили его на землю в том разговоре, — пожала плечами Светлана. — После той ссоры он сильно поубавил в своей уверенности. Лидия Александровна тоже, к слову. Боюсь, рано или поздно они всё же заявятся к Марии с извинениями.
Я кивнул.
— И правильно. Чем выше летают, тем больнее будет падать, — пригубил чашку с чаем. — А что насчёт конкуренции. Пусть поторопятся. Нас Голенищевы лично позвали на приём. Устроили празднование в честь того, что дочь их вернулась из-за границы. Хотят познакомить, видимо. Думаю, на меня уже идёт охота.
Светлана задумчиво посмотрела на меня.
— Эта новость едва ли понравится Марку, — заявила она. — Голенищевы куда влиятельнее Орловых. Думаю, если вы навестите их, уже на следующий день у вашего порога соберутся все члены рода Орловых с букетом цветов и самых искренних извинений.
— Да, дело ясное, — кивнул я.
— С другой стороны, вы куда более интересны Голенищевым в качестве простолюдина, — добавила Светлана. — Сейчас вас можно со всеми правами и свободами затянуть в род Голенищевых, без каких-либо условий. Но если станете Орловым, брак с Голенищевой выльется лишь в союз двух родов. Вы останетесь независимой персоной, а князю такое станет невыгодно. Есть вероятность, что он попросту уничтожит весь род Орловых до того, как вы туда вступите. А позже и вас к рукам приберут.
— Есть третий вариант.
— Какой?
— Я откажу обоим родам, но буду держать их на расстоянии вытянутой руки.
— Тогда вы потеряете возможность воспользоваться благами дворянского статуса. А укреплять позиции нужно. И желательно, как можно быстрее.
— Поверь, Светлана, мои позиции укрепятся и без вступления в род.
— Уверены?
Я кивнул. Знаю. Проходили. В прошлой жизни у меня была масса соблазнов. Я буквально каждый день получал новые предложения вступить в тот или иной род. Но по многим причинам отказывался становиться разменной монетой в чьих-то руках.
По итогу я получил титул и без чьих-либо подачек. Только за счёт своих усилий.
— Я уверен, — хмыкнул я.
— Как скажете, — приняла мои слова Светлана. — Прикажете мне отправиться в Москву вместе с вами?
— Только при условии, что ты не перережешь никому глотку, — улыбнулся я.
— Постараюсь.
На этом и порешили. Я отправился в свою комнату, вещи собирать, Светлана — в свою.
Путь до Москвы занял для нас всего лишь три часа. Не знаю, как такое вообще возможно, но механизм под названием «скоростной поезд» нёсся так, что от скорости размывались деревья в окнах. И что самое главное, никакой тряски.
В моё время о таком можно было лишь мечтать.
До самой столицы мы не доехали. Как оказалось, поместье Голенищевых было расположено на окраине города, поэтому с точностью оценить Москву я не смог. А хотелось, если честно. Этот город был на момент войны чуть ли не полностью уничтожен. Надеюсь, его восстановили.
Машина остановилась у кованных ворот.
— Сколько ж тут соток земли, — с явной завистью в голосе протянул я, выходя из машины.
Поместье было не просто огромным. Оно словно демонстрировало величину эго хозяина дома. Даже мне в прошлом не удалось заиметь настолько громадные владения.
— Много, — с таким же удивлением отозвалась сестра.
Ворота медленно отворились, открывая взор на усаженный деревьями двор. Садовник, который открылся нашему взгляду, сощурился, разглядывая нас. А после изучений дёрнул бровями и умчал в одну из пристроек.
Через секунду из домика вышла старенькая женщина в очках. Полуседые волосы её были связаны в хвост, а одежда больше напоминала форму официанта. Заметив нас, она расширила глаза и, с трудом переставляя ноги, направилась в нашу сторону.
— Внучата мои! — с этими словами старушка принялась расцеловывать нас с Машей поочерёдно. — Машенька, Костенька. Ох, какие вы взрослые стали.
— Привет, бабушка Авдотья, — чуть стесняясь, приветствовала Мария. — Ты прости, что не навещали раньше.
— Ой, ничего страшного. Я привыкла, что обо мне все забывают постоянно, — отмахнулась старушка и посмотрела на меня. Улыбнулась. — Ну копия Павлуши. Как там он поживает? Не навещает матушку совсем который год.
А Павлуша, я так понимаю, батька мой. И бабуля думает, что он с нами живёт. Маша посмотрела на меня и покачала головой, словно не хотела расстраивать старуху.
— Как здоровьице, бабуль? Не шалит? — поняв жест сестры, задал я вопрос.
— Нет, Костенька. Всё у меня хорошо, — успокоила она. — Вы как, милые мои? Мне про Костю много рассказывают. Говорят, у тебя дела в гору идут.
— Дела мои подождут, баба Авдотья.
— Правильно, — кивнула старая. — Чего мы говорим и говорим. Проходите в дом, милые мои. Гости уже собрались. Агата вас ждёт.
Мы с Машей переглянулись и пошагали за бабулей.
А когда дверь открылась, нас встретила стройная девушка в белом обтягивающем платье. А голубые глазки… я был готов в них утонуть. Улыбка сама собой расползлась по моим губам.