— Остальные тоже козлы, но не такие, — делает глоток и морщится. — Поделишься? — шепчет, прислоняясь щекой к моему плечу.
Смотрю на рыжую макушку и не понимаю, кому из нас нужна сейчас помощь больше. Уверена, если я спрошу, что у нее произошло, она не скажет. Никогда не говорила, сейчас вряд ли что изменилось.
Прикусив уголок губ, устремляю взгляд на водную лазурную гладь. Погода сегодня стоит замечательная, вот только в душе все еще лед, не желающий таять. Если я расскажу, почему так грущу, станет ли мне легче от этого? Психологи вроде как рекомендуют высказаться, снять груз с плеч и пойти дальше. Только вот я очень сильно сомневаюсь, что меня это спасет.
— Четыре года назад мы отмечали здесь годовщину, — выдыхаю, едва сдерживая слезы.
Слишком больно вспоминать то прекрасное время, которое сама и разрушила. А ведь Матвей предлагал взять из детского дома ребенка постарше или взять из дома малютки младенца, но я категорически отказывалась, потому что понимала, как ему важно, чтобы малыш был его. Кровный.
— Ой, — спохватившись, отстраняется от моего плеча подруга и кидает на меня виноватый взгляд. Да только я сама хороша, могла раньше рассказать, почему это место так важно для меня. И почему шумной тусовке я предпочитаю одинокий пирс. — Прости, я не знала. Если хочешь, мы можем уехать отсюда прямо сейчас, завалиться в какой-нибудь бар и забыться, — тяжко вздохнув, выпаливает на одном дыхании: — Я хочу напиться вусмерть.
— Я тоже, — выдернув из рук подруги янтарную жидкость, делаю обжигающий глоток. Горло жжет, кашель рвется наружу, а облегчение все не приходит. В голове всплывает фраза, брошенная Олькой с террасы дома: «Хочу тебя кое с кем познакомить», — и решаю, а почему бы и да. Я разведенная одинокая женщина. Женщина, которая хочет мужского внимания и желательно в горизонтальной плоскости. Подрываюсь на ноги и, пока не передумала, елейным голосом произношу: — Так с кем ты хотела меня познакомить?
Нет, ну серьезно сколько можно страдать по бывшему мужу? Мне многие говорили, еще в старших классах, что первая любовь со временем проходит. Так вот, я думаю, что мое время пришло.
— Опаньки, а мне начинает нравиться твой подход к делу, — потянувшись, словно кошка, Оля нехотя поднимается следом. Берет меня под локоть и, счастливо улыбаясь, ведет в сторону дома. — В командировке братишка познакомился с крутыми ребятами. Ну ты догадываешься, как проходят переговоры. Верно? Хотя кто их знает, как там на самом деле проходят эти переговоры. В общем, немудрено, что в такой обстановке находишь новых друзей. Короче, двое из тех парней на сегодняшний день не только его партнеры, но и друзья. С я ними уже знакома, а тебя, моя дорогая, хочу познакомить с одним из них. Что-то мне подсказывает, что вы найдете общий язык, — подмигивает и ластится ко мне, словно кошка, Оля. — Лик, ты даже не представляешь, какой он красавчик. Высокий, а фигура ну точно бог. В общем, все как ты любишь — не перекачан и чертовски красив. А глаза, — мечтательно закатывает глаза подруга, пока я мысленно рисую образ мужчины. Перед глазами, как назло, всплывает лицо бывшего мужа. — Ты только представь, какой он. Глаза цвета вон того озера, что маячит у нас за спиной, волосы светло-русые. Ну точно принц из сказки.
Улыбаюсь, потому что ничего другого мне просто не остается, пока мы шагаем в сторону домика. Оля слишком чудная, но самое страшное, что, если она вбила себе в голову познакомить меня с кем-то этим вечером — она это сделает. Любым способом. А я, как ни странно, почему-то не против. Друг-Джек сделал свое дело.
Я расслабляюсь.
Но стоит перешагнуть порог дома, как меня одолевает тревога. Волной прокатывается по телу. От страха крепче сжимаю ладонь Оли, неосознанно привлекая ее внимание. Она бросает на меня недоуменный взгляд, я же выдавливаю виноватую улыбку, со стороны, наверное, больше похожую на оскал гиены. Потому ни хрена не знаю, как ей объяснить свое состояние.
Нутром чувствую, что впереди ждет беда.
Беглым взглядом окидываю огромный по размерам холл, плавно перетекающий по правую сторону в гостиную, по левую в кухню. В доме шумно. Играет модная попсовая музыка, люди разбились на группки по интересам, а меня лихорадит. И точно не от холода. В доме тепло, как и на улице.