- Он приедет?
- Да. Будет в числе других гостей, – кивнула бабушка. – Как-никак, мы собираемся отпраздновать помолвку моей старшей внучки.
- У моих почти все готово, – в комнату вошла Лидочка. – Одна Нинель ругается, как сапожник. Столько подотчетного грима извести пришлось. На одного твоего Шеффера полугодовой запас потратили, пока более или менее похож стал.
- Скажи, что с нас полное возмещение ущерба и премиальные в тройном размере. – успокоила я.- Лид, получится?
- Техника не подведет, – уверенно заявила Лида. – Насчет актеров погорелого театра, не знаю. Зря вы Хелену не предупредили. Такое свинство на ужине в честь помолвки.
- Никого не предупреждать! – отрезала Мари. - Лира, это тебе. Пока спрячь и постарайся не потерять. Наденешь во втором акте пьесы. Лидия, за сколько твоя Нинель сможет накрасить ее и переодеть?
- Минут за пять-семь.
- Мари, ему же цены нет! – я на какой-то момент забыла о том, ради чего мы собрались, разглядывая изумрудное колье. – Куда я его спрячу?
- Как все приличные дамы, в сумочку, – посоветовала Лида. – Эх, княжна Тараканова, и чего не я на твоем месте, а?
- Ладно. Время. – я кивнула. – Мари, пора идти..
*****
Людвиг Зейнер был талантливым человеком. Он всегда оказывался на шаг впереди. Всегда и везде был лучшим. Когда в Германии еще только появились ростки фашизма, он потихоньку вывел большую часть своего состояния в Америку. Жил скромно, но достойно. Присмотрел себе подходящую жену- дочь известного в Кельне художника - Мари Штайер. Они давно знали друг друга, Людвиг был на хорошем счету, и не сомневался, что его предложение будет с восторгом принято. Но хитрого отца Мари привлекло имя и состояние фон Гуттенбергов. Зейнер предпринял несколько неудачных попыток расстроить свадьбу. Параллельно, чтобы его никто не заподозрил, он начал ухаживать за еврейской девушкой, привлекательность которой измерялась состоянием ее семьи. Когда ее забрали в сорок втором, Зейнер не расстроился. Он снова стал свободен. А вот Мари была по-прежнему недоступна. Ее муж Отто считал Зейнера практически братом жены, искренне сопереживал его утрате. Ведь все понимали, что из концентрационных лагерей живыми не возвращаются. Отто же предложил сделать так, чтобы жертв было, как можно меньше. Людвиг быстро понял, сколько на этом можно заработать. Ему перепадало с двух сторон. Желающие спастись отдавали последнее, а ничего не подозревающий Отто оплачивал посреднические услуги Вильгельма Ульбрихта. Осторожности ради Зейнер представлялся именем Отто, и чутье его не подвело. Кто-то из попавшихся в руки патрулей еврейских беженцев признался во всем. Фон Гуттенберг оказался в тюрьме, а затем в лагере, где его расстреляли. Людвиг снова показал себя лучшим другом семьи- помог бежать вдове и осиротевшим детям. Он даже не надеялся, что все сложится настолько удачно. Но Мари не хотела ничего слышать о новых отношениях. Жила только надеждой на встречу с мужем. Людвиг долгое время тянул из нее деньги и делал вид, что ищет. У него появилась новая цель – подросшая дочь Мари. Но Лира оказалась еще упертее матери. Она не оправдала его надежд. Еще и Ульбрихт с некстати вспыхнувшей любовью…Он оказался настолько глуп, что начал помогать ей в поисках отца. Он знал много. И он его нашел. Нашел в Советском Союзе. Это было не по плану. Допустить воскрешения Отто было нельзя. Людвиг не хотел убивать, но другого выхода не было. Он не хотел рисковать. А потом Лира обвинила его в убийстве Вильгельма. Откуда ей это пришло в голову…Он не хотел…Она сама вынудила его. Мари теперь была в его руках. Кроме него надеяться ей было не на кого. Людвиг был почти счастлив. А потом, нашелся Пауль, которому никогда не нравился старый друг матери. Людвиг не отказал себе в удовольствии испортить ему жизнь. Он всегда знал о Кристине. Приманивал ее к себе состоянием фон Гуттенбергов, убеждал в том, что поможет избавиться от мужа, нужно было только делать так, как он говорил. И эта дурочка делала. После авиакатастрофы, Кристина жила в страхе, что до нее доберется бывший муж. Зейер ее не разубеждал, а кормил таблетками от которых ей становилось только хуже. Она была уверена в том, что выходить на улицу и заявлять о себе опасно. Людвиг берег ее пока рассматривал возможность замены Кристиной повзрослевшей Лиры фон Гуттенберг. Он периодически укладывал ее в больницу, где Кристине подправляли лицо, придавая сходство с оригиналом. Особенно порадовал Зейнера факт связи внучки Мари с бывшим мужем Кристины.Зейнер приехал на вечеринку, посвященную помолвке старшей внучки Мари, чтобы познакомиться с новой Лирой. В глубине души Людвиг лелеял надежду, что эта окажется умнее предыдущей, и оценит его по достоинству. Тогда не придется связываться с полупомешанной Кристиной. С него хватало старика с потерей памяти, сидевшего под замком. Марина и Василий считали, что они ищут Библию.. Людвиг их не разочаровывал. Он знал, что ответов не будет, потому что не было правильного вопроса. А его он планировал задавать без свидетелей. Психиатр, был не в счет.