Академия жила, смеялась, училась и спорила, не замечая, что за её пределами начинают сгущаться тени.
***
В подвале одного из башенных корпусов, в зале, куда допускались только старшие члены Совета Академии и избранные хранители памяти, трое обсуждали дальнейшие шаги.
- Её память восстанавливается слишком быстро, - произнёс один, высокий мужчина с острым профилем. - Она уже начинает соединять фрагменты. Последний сон... Он почти открыл Источник.
- Мы предупреждали, что кольцо ускорит процесс, - ответила женщина с мелодичным голосом, но с явной жесткостью.
- Вмешательство неизбежно, - добавил третий. - Но осторожное. Ещё рано открывать ей правду. Пусть верит, что её сны - это просто фантазия.
- Направить её. Изменить акценты, подменить смыслы, - предложил мужчина, теребя кольцо на пальце.
- До Самайна времени немного, - подытожил первый. - Потом будет слишком поздно.
Тогда они замолчали, лишь пламя на круглом столе продолжало мерцать, отбрасывая тени на их лица.
В Академии начиналась обычная ночь. Ивения ещё не знала, что её воспоминания уже были изменены. Или только готовились к тому, чтобы быть подменены.
***
Я проснулась с лёгким ознобом.
Сны были странными. Я не могла вспомнить их полностью, но образы ускользали, как дым: голоса, светящийся круглый зал, силуэты в капюшонах и… чей-то холодный взгляд, как будто смотревший изнутри меня самой.
За окном было ещё темно, но Академия уже просыпалась. Где-то внизу грохнуло ведро, прокаркала ворона, и слабый ветер потряс стекла в оконной раме. Я села на кровати, прижимая ладони к вискам. Мысли путались, и мне казалось, что часть меня осталась в тех снах, откуда я не успела выйти.
На занятиях я чувствовала себя рассеянной. Слова преподавателей плыли мимо моего сознания. Только Лили заметила перемену и шепнула:
- Ты опять плохо спала?
Я кивнула, не желая делиться подробностями. Внутри меня разрасталось странное напряжение, как будто кто-то пытался выстроить внутри меня новую структуру - чужую, но в то же время родную.
После занятий я решила задержаться в библиотеке. Тот отдел, где хранились тексты по древним символам, всегда привлекал меня. Сегодня мой взгляд упал на том, покрытый тонким слоем пыли. Название почти стерлось, но внутри оказался свиток, исписанный плавными завитками. Я прочитала вслух одну из фраз:
- «Да пробудится душа, чей след хранил источник. Пусть потоки памяти станут реками истины».
В этот момент я ощутила, как полки дрогнули. Из-под пальцев словно пробежал ток, а воздух вокруг сгустился. Свеча на столе вспыхнула чуть ярче, и за спиной раздался шаг. Я обернулась и увидела хранителя, старика по имени Элроан, который обычно сторожил дальние залы.
- Вы что-то сказали? - спросила я, неловко закрывая книгу.
- Нет, - тихо ответил он. - Но ты - сказала. Будь осторожна, девочка. Не все слова предназначены для слуха… даже твоего собственного.
Тем вечером Лили затащила меня в теплицу на факультете земли под предлогом «очистить голову».
На самом деле, там проходила спонтанная викторина между факультетами. Вопросы касались абсурдных тем: «Какая трава на вкус напоминает дождь?» или «Сколько лепестков у гипотетического цветка памяти?».
Команду факультета воды представляли я, Надин и случайно привлечённый повар из столовой, который оказался знатоком ботаники и философом.
Самым весёлым моментом стало задание: изобразить с помощью растений и магии животное, которого не существует.
Лили сотворила гигантского землеройного крокожука с цветущей спиной, который не только рычал, но и, по-видимому, цитировал поэзию.
Профессор Меридиан в панике запутался в собственных лозах, споткнулся о ведро с удобрением и вызвал по ошибке маленький ураган, разбросавший компост по всей теплице.
Одной студентке с факультета воздуха пришлось спасать уносимые листьями надувные модели растений. Смех не утихал минут двадцать.
В конце мероприятия повар, представившийся как Граум, исполнил на старом глиняном горшке ритмичную балладу о дружбе между тыквой и мятой.
Это было настолько абсурдно, что студенты рыдали от смеха, а преподаватели искали способ записать его импровизацию для будущих развлечений.
Я действительно немного расслабилась. Смех стал живой водой для моего напряжённого разума. Я даже забыла о снах… но ненадолго.