Выбрать главу

Матиас был рядом, он увидел моё лицо — усталое, но полное решимости.

— Ты видела? — спросил он.

— Да. И я знаю, что теперь могу идти дальше.

Мы молчали, слушая, как ночной ветер шепчет сквозь щели окон.

Путь не будет лёгким. Но теперь я была готова встретить его лицом к лицу.

***

Утро в замке началось не с лучей солнца, а с тяжёлого дыхания мира — словно сама земля знала, что сейчас всё изменится. Я проснулась раньше всех, но не от света или звуков — от того, что сжимало грудь, заставляя сердце колотиться в такт тревоге.

В комнате было прохладно, стены казались плотнее, воздух — гуще. Я лежала неподвижно, пытаясь поймать себя между воспоминаниями и реальностью, понимая, что сегодня станет началом чего-то нового и опасного.

Тяжесть сна ещё висела на веках, но разум уже звенел от голосов, которые шли издалека — шепот ветра, шум волн, далекие голоса, обращённые ко мне. Они отзывались внутри, как эхо древних пророчеств, которые я теперь должна была принять.

Поднявшись, я надела плащ и тихо вышла из комнаты, чтобы не разбудить Лио, который спал с мирным выражением лица, не подозревая о том, что грядёт.

Коридоры замка были пусты, но воздух наполняла тяжесть ожидания. Люди и драконы шли по своим делам с напряжённым молчанием — каждый чувствовал, что время на исходе.

У северного крыла меня уже ждал Армас. Его глаза были как всегда серьёзны, но сейчас в них горело нечто большее — тревога и ответственность.

— Круг на западе колеблется, — сказал он, показывая на стену, где руны почти исчезали, поблекшие и иссушённые. — Кто-то проник. И не просто так — с точным знанием, как работать с магией замка.

Я прикоснулась к холодному камню и почувствовала, как руны отдавали пустотой, словно энергия была вытянута — высосана.

— Это работа Безликих, — произнесла я с тяжёлой уверенностью. — Они учатся. Меняют тактику. Это не просто атака — это план.

Армас кивнул.

— Значит, времени меньше, чем мы думали.

Мы поспешили к Совету, где собирались представители драконов и магов, чьи судьбы были связаны с Истоком. Зал был тяжёл и мрачен, наполнен шёпотом и взглядами, что пронзали насквозь.

Рейна заговорила первой:

— Безликие не просто хотят прорваться. Они пришли разрушить. Ивения — не просто мишень, она ключ ко всему.

Хенмир, непоколебимый и холодный, предложил:

— Нужно усилить защиту не только магическую, но и разведывательную. Мы должны знать каждого, кто входит и выходит из замка.

Я посмотрела на Матиаса, стоявшего рядом со мной. Его глаза были полны решимости и заботы.

— Ты должна быть готова, — сказал он тихо. — Ты не просто сила — ты цель.

Слова не стали для меня откровением, скорее подтверждением давно знакомой истины.

Совет начал распределять обязанности: кто усилит барьеры, кто займётся разведкой, кто держит связь с внешним миром. Каждый понимал, что ставка велика — судьба мира.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вечером, когда замок окутала ночь, я лежала в своей комнате, неспособная уснуть. Сны накатывали волнами — сильные, яркие и тревожные.

В одном из них я стояла на берегу огромного, тёмного моря, вода была спокойной, но глубокой, и в её глубинах слышался голос:

— Ты пробудила то, что должно было оставаться в забвении. Теперь ты в центре.

В отражении на воде появилось три силуэта.

— Мы — ветер, пепел и вода. Три части того, чем была ты.

Голос продолжал:

— Ты должна принять всё, чтобы выбрать путь, ведущий к свету.

Пробудившись, я ощутила, что завеса между прошлым и настоящим истончается. Теперь от моего выбора зависит будущее.

В коридоре меня уже ждал Матиас. Его взгляд был мягким и уверенным.

— Ты выдержишь, — прошептал он, крепко сжимая мою руку. — Я буду рядом.

Я улыбнулась, осознавая, что моя сила — не только в магии, но и в тех, кто идёт со мной.

- Глава 31 -

Дни и ночи сливались в одно бесконечное ожидание. Замок погрузился в рутину подготовки: ученики учились новому, воины совершенствовали умения, маги плели защитные заклятия. Но внутри каждого из нас жила тень тревоги, которая не отпускала ни на минуту.

Совет собирался ежедневно. Я видела, как глаза драконов, что казались холодными и непроницаемыми, теперь блестели искренним волнением. Мы обсуждали каждый миг, каждую возможную ошибку.