Ее взгляд становится холоднее, когда она склоняет голову на бок, молча смотря на меня.
- Ляг на спину, руки за голову.
Подчиняюсь ей и закрыв глаза исполняю приказ. Она что-то делает за моей головой, я чувствую это. Руки оплетает что-то мягкое.
Ее грудь, у меня перед глазами, так и норовит выскочить из корсета. Остатки ее платья скользят по моему телу.
- Эта лента для волос кажется совсем слабой, но мало кто знает, что шелк с Плоских гор может выдержать все, он прочнее любой веревки, - ее губы касаются моего уха.
Странно, но я знал это. Знал, что там, в Плоских горах есть селения маленьких женщин, они целыми днями только и заняты созданием шелка. У них дома с зелеными крышами, а на поле за домами растут самые вкусные яблоки. Говорят, их надо давать беременным… Черт, но я там никогда не был. Кто это рассказывал мне? Информация всплывает и лопается в моей голове, как пузырек воздуха, вновь.
Я открываю глаза именно в тот миг, когда ее промежность оказывается четко над моим членом, который уже готов.
Она садится немного выше, на мой живот. Перебрасывает волосы за спину и мило улыбается мне, когда я пытаюсь подергать руками. Они связаны и привязаны к чему-то. Я не смогу поднять руки, не смогу перебросить вперед.
- Как жаль, что ты не сможешь мне помочь освободиться от корсета, - она заводит руки за спину и сосредоточено пытается его расслабить, при этом все время ерзает в опасной близости от вставшего достоинства. Время от времени она перекидывает волосы вперед и тяжело вздыхает.
- Развяжи меня, обещаю, что буду себя контролировать, Царица.
- О, дай подумаю….Нет. Разве можно рвать хорошие платья? Будет тебе уроком, раб без имени.
- Если они закрывают такий бедра, то можно считать их преступниками.
Вряд ли я хотел сделать ей комплимент или подколоть, или что-то еще. Слова просто вырвались из меня, так легко и без усилий. Непринужденно.
Ее звонкий смех разливался по комнате и я не могу отвести взгляд от ее лица. Длинные ресницы укладываются на розовые щечки и в бликах огня, бросают продолговатые тени, когда она жмурится от смеха. В миг вздох удовольствия полностью меняет ее лицо. Чистейшее удовольствие пересекает его. Она наконец-то ослабляет корсет и стягивает его вверх, не желая расшнуровывать до конца, легким движением кисти отправляя в полет вещицу, а потом потягивается. Так плавно. Я не могу сдержать себя, обвожу взглядом ее фигуру. Небольшая аккуратная грудь все еще прячется за тонкой тканью платья, но розовые соски прекрасно видны.
- Что же может быть лучше, чем снять с себя этот ужас? - она переводит глаза на меня и опускает две руки на мою грудь, упираясь в нее. - Ах, да. Я знаю, что...
Хитринка пробегает в ее глазах и она хватает лоскутки разорванного платья снизу, медленно стягивая вверх. Оставаясь только в белых тонких чулках. Впервые видел такие.
Нежная кожа, мягкий животик и ребра, которые немножко выходят вверх, когда она втягивает воздух. Идеальная алебастровая кожа груди золотится в бликах огня от камина и соски медленно показываются мне на глаза. Розовые, как я и думал. Больше она не тянет, резко скидывает платье в ту же сторону, что и корсет.
Перекидывает волосы за спину и полностью ложится на меня грудью. В страстном поцелуе захватывая мои губы. Она играла со мной, заставляла тянуться за собой, искать ее губы. То давала мне самому контролировать поцелуй, то полностью руководила.
В какой-то момент ее губы проложили дорожку вниз по шее, прошлись по старым шрамам. И укусила сосок, а потом сразу же приласкала. Такое делают постельным рабам? Я готов был в тот же миг навечно стать ее рабом, убить всех, кто мог претендовать на такую…
Она отклоняется и смотрит на меня, перемещаясь немного выше, на грудь.
- Теперь твой черед, дорогой...раб, - и склоняется ко мне.
Если вам хоть чуть-чуть понравилось или заинтересовало, дайте знать! Хоть звездочкой, хоть комментарием. Для меня это очень важно.
Отредактировала Лена Севрикеева. Огромная ей благодарность! Вы тоже можете поблагодарить ее в комментариях, ведь без нее вряд ли бы я закончила и начала публикацию.
Продолжение завтра)
Глава 4
Мне так не хочется покидать теплую постель, но за стенами уже рассвет и меня ждут дела.
Руки мужчины не отпускают меня, поэтому приходится прикладывать усилия, но даже так объятия достаточно сильны.