- Но приходят не быстро, - продолжила Яревена свой ответ, не догадываясь о его размышлениях, - как в холодную воду входят. Поэтому бывают реже, чем все привыкли. Оттого ко мне и забегали, - усмехнулась она жестоко.
- Кто?
- Местные.
- Зачем?
- Затем, что беды сопровождают жизнь любого смертного, а мы, люди, в силу краткости своей жизни желаем иметь немедленное спасение. И когда Пантеон позволяет себе капризы, Отвергнутые уже не кажутся такими уж неприятными.
Это была мысль, доставляющая Яревене несказанное удовольствие. Всю свою жизнь посвятив Пантеону, она никогда не задумывалась о низложенных. Отвергнутые были ни ее заботой, все жрецы таковы. Судьба богов переменчива, сегодня на вершине одни, а завтра другие, жрецам полагается продолжать свою службу только тем ликам, которые проявляются над кругом огней. Бессмертные одни или другие неважно, боги это боги.
Люди были куда менее справедливы. Хаэсса в особенности. Вся ясса и ее ятоллы делились на тех, кто поклоняется разным алтарям. Только Отвергнутым кланяются в десятки раз меньше, но есть верные души, которые чтут традиции, или те, кто делает особенный выбор. В Хаэссе же низложенные равнялись чуть ли не скверне, чуть ли не Запретным! Тем самым, чьи имена произносить даже про себя - кощунство. Опасные слова никто и не говорил, но мысли, взгляды... Однако, стоило Яревене изменить свою судьбу, как нашлось множество тех, кто тут же позабыл свои клятвы и отверг все слова. Не одна Машани такой была.
Раманд пригляделся к своей спутнице с новым интересом.
- Как вы им служите?
Яревена, склонив голову на бок, улыбнулась, блеснув ровными белыми зубками.
- С усердием.
- Я был в храме, там давно не протирали пыль.
- Пыль низложенных заботит в последнюю очередь. Да и в самом деле, разве можно представить, что я в одиночку способна поддерживать целый храм? У меня вина не хватит на все алтари, а если вычищать паутину из каждого угла, так мне и до конца десятилетия не управиться.
- Если вы нечто подобное заявляли Пантеону, то я понимаю, почему они от вас избавились.
Яревена рассмеялась. Смех был красивый. Красивее, чем у Гаяры. Неудивительно, что окружающие на них стали смотреть еще больше, чем до этого. Раманд все видел, всех чувствовал. Он играл уже в гораздо меньше степени, чем в свой первый день здесь, но все же. Окружающие его забавляли.
- Храм Отвергнутых без меня вовсе стоял запертым, - заговорила неугодная, - я открыла его двери и окна, и если вы в нем были, то заметили, что ступени под ногами не рассыпаются. Большего низложенным не нужно.
- Это вы так решили? - уточнил он.
- Разве я бы могла?
Да, могла бы. Раманд в первый раз встречал такую дерзкую особу. Ее бы в столицу, под темные очи ясмира, вот уж правителю бы радость была. А то у него уже оскома от подхалимов да льстецов.
- На все воля богов, - изрекла дерзновенная без капли почтения. - Я предложила им нечто большее, чем ритуальное повиновение. Это дозволено Пантеону, потому что правящим богам, дозволено все. А тем, кто остался за чертой круга огней, достается слишком мало.
- И вы стали посредником, - произнес Раманд.
- Догадались?
- Встречал таких, как вы.
Яревену это застигло врасплох. Он надеялся на то, и получить желаемое оказалось приятно.
- Что значит встречали? Кто еще?.. Где?! - выкрикнула она.
Ее вера в собственные силы шаталась как неопытный гимнаст на шесте.
- Мир огромен, и я успел его обойти, - изрек Раманд. - Вы не единственная неугодная и не единственная, кто изыскал для себя способ исказить наказание.
Он бы добавил кое-что еще, но не стал. Не хотел воспевать ее самолюбие.
Он видел разных. Видел тех, кто входил на плаху с гордо поднятой головой. Знавал тех, кто не раскрывал рта, когда к нему прикладывали раскаленное железо. Кто не сдавался и шел только вперед. Разных. Но никогда настолько своевольных и свободных. У всех есть оковы. У неугодной их не было. Хоть тысяча гвоздей в нее воткнется, хоть вся ее кожа станет черной, она все равно будет улыбаться в ответ.
Глава 7.
Неугодную тем временем постигло такое разочарование, что она оставалась на месте, даже когда Раманд пошел вперед. Должно быть, она гордилась своей задумкой. Ведь так уж повелось с начала человечества, что правящие боги исполняют желания смертных в ответ на их верное служение. Отвергнутые же были лишены этой могущественной силы, но даже за кругом огней они оставались богами. Жили в другом мире и могли несравненно больше, чем простые смертные. Яревена взялась за то, чтобы осуществлять желания самих низложенных, используя при этом людей, которые до Пантеона достучаться не могли. Иногда нет времени ждать перемены в настроениях правящих, и люди бежали к Отвергнутым, готовым на все.
- В самом деле, выглядите так, будто расплачетесь сейчас, - проговорил Раманд, когда бывшая жрица наконец поравнялась с ним.
- Скольких вы видели? - ее душу прожигало насквозь. Ей и в голову не приходило, что есть кто-то похожий.
- Двоих, - ограничился спутник ответом.
- В целом свете?!
- На своем пути сквозь него.
- Тогда это немного, я могу и дальше позволить себе гордо поднятую голову.
- Вы не наполнены гордостью, вы преисполнены гордыней.