Яревена вспыхнула. Те же самые слова она слышала от других жриц, когда совершила свое деяние. Они просили ее опомниться, просили прийти в себя. Они хотели заставить ее склониться перед алтарями Пантеона и семь дней, не разгибая спины, вымаливать у богов прощение. Она отказалась. Она отказала им всем. Лучше стелиться под Отвергнутых, чем под тех, кто избалован силой и могуществом. Кто забыл свою роль, кто не исполняет своих ответных клятв. Такие боги были Яревене не по нраву. Как жрица, она не имела права так мыслить, а она мыслила и говорила, отвечала ударом на удар.
- Ну а вы? - она решила отвлечь себя и все же немного влезть в душу того, кто повесил на нее могущественную клятву.
- Что я? - поглядел на нее Раманд.
- Чем преисполнены вы? Храбростью? Раз уж в одиночку пошли на выворотня.
- Храбрость для этого не нужна, нужна лишь сила, - ответил он легко.
Раманд испытал нечто вроде радости, поняв, что со стороны бывшей жрицы нет ни вопросов, ни лишних слов. Ему нравились люди, которые больше молчали, чем говорили. Таких он встречал редко.
Яревена продолжила водить его по городу. Город походил на все города, в которых Раманд бывал за эти годы. Когда изучил в лицо весь мир, все кажется похожим друг на друга. Потому что основа у мира едина.
Она-то и кидала смертным под ноги заботы так же легко, как и радости. Судьба все припомнила.
- Эй, порченая кровь!
Хозяин Аркоста знал, что это несется в его спину, но оборачиваться не стал. Яревена рядом лишь немного нахмурилась, но даже шага не замедлила. Какая умница.
- Вот ублюдок, ну и кем ты себя возомнил, что расхаживаешь тут свободно?
Ему все-таки преградили дорогу. Бывшая жрица тут же отступила в сторону, покручивая между пальцев те самые золотые монетки. Это на хозяина Аркоста они не подействовали, а на других очень даже, она ловко исчезла с их глаз. Раманд оценил и выдержку, и скорость решения. Разумно, зачем неугодной участвовать в чужих неурядицах. С ее статусом лучше от всего держаться в стороне, а он выставил ее на обозрение всего города, поставив рядом с собой. Даже хорошо, что она умела отводить от себя чужие взоры.
- Я к тебе обращаюсь, - перед глазами кто-то появился.
Раманд его не знал. Или не помнил, как и нынешнюю хозяйку Минры. Он их всех забыл. Забыл в ту пору, когда память была развернувшимся в душе и разуме ядом, кипящим котлом. А потом, когда все прошло, вспоминать их не требовалось. Они не нужны хозяину Аркоста и Владыке ятоллы. Ненужное он исключал из своей жизни и убирал с дороги.
- Если ты желаешь драки, то атакуй, - проговорил Раманд тихо. Он так говорил всегда, когда желал привлечь особое внимание и загнать страх в позвонки собеседников. - Если хочешь просто лаять, то отойди в сторону, я не люблю, когда мне преграждают путь.
У неизвестного за спиной нашлась поддержка, выстроились двумя рядками. Услышанные слова поселили в них неуверенность. Они воззрились на предводителя, тот оказался глуп, потому рассмеялся.
- Смотрите, какой борзый, - продолжил он оглашать на всю округу с крайним раздражением. - Ты явно забыл свое место. Ясмир, говоришь, тебя помиловал? Ну, это еще выяснить надо.
Ятолла не хотела в это верить, вот и не верила. Права неугодная, люди легко меняют приоритеты, когда им что-то не по нраву.
- Аркост, - тот, кто так и не представился, сплюнул себе под ноги, - почему ты не всадил нож себе в живот? Почему ты жив? Весь город, все Дома против твоего существования, а ты смеешь являться. Да так громко.
- А разве я намерен угождать вашим желаниям? - Раманд уже всех изучил, даже тех, кто подошел со спины, но выдерживал длинную дистанцию.
Ни черта не могут. Прежде чем лезть на серьезного зверя, стоит изучить его повадки. Выходит тут не только ятоллу спасти надо, но и воспитанием местных заняться. Распустились вдалеке от столицы, забыли твердую руку Владыки.
- Мразь! - взвился тот. У представления появлялось все больше свидетелей. - То, что ты не сдох, должно быть ошибка богов. Они не захотели прикасаться к тебе и не избавили от тебя землю. Я не побрезгую. Я заберу твою жизнь.
Раманд ждал продолжения яростной тирады. Бесталанная игра на публику ему не нравилась никогда, а подобное он считал и вовсе позорищем. Городские останавливались по разные стороны улицы, держали расстояние. Далеко не все были в довольстве от происходящего, но разбушевавшегося останавливать не спешили.
Вот как. Значит, не из простых, один уровень с Аркостом. Оказывается, Дома растеряли свою честь за прошедшие годы.
- Если ты вдруг забыл, то я представляю Дом Ясха. Я - наследник, Круо, - гордо выпятил грудь наглец. Высокий, широкоплечий, сильный уже просто от природы, он был рад довлеть над своим врагом. - Твой отец забрал силы у моей семьи в тот проклятый день. И я требую поединок. Я имею право спросить с тебя старый долг, порченая кровь.
Шепот, шепот. Шелест удаляющихся шагов тех, кто не хотел дальше слушать. Поспешные движения тех, кто еще оставался, покрывали себя знаменьем Пантеона. Напряжение в Яревене, неспособной предсказать исход столкновения.
Долго же они выбирали того, кто попытается это сделать, за прошедшие пару дней должны были глотки сорвать от споров. Раманд удивлен, что вызов брошен открыто. Он ждал, что его станут поджидать за каждым углом и бросаться из всякой тени темными ночами. Впрочем, они рассудили верно. В Аркост никто сейчас не пойдет. Силы вернувшегося неясны, что с землей неизвестно. Городские подступиться не смогут, нужно могущество Домов.
Те привыкли к разделенной между ними власти над ятоллой, а вернувшийся никаких доказательств не предъявлял. Пойти открыто не могли, потому что если он Владыка, назначенный ясмиром, то дело может закончиться виселицей. Для них. Вот они и думали. Придумали.