- Нет, пожалуйста, - Яревена принялась закрывать ладонями уши.
- Верят, что увеличивает мужскую силу, - расхохотался Раманд.
Она не разделяла его веселья и уже вообще не могла смотреть на расставленные тарелки. Весь аппетит пропал. Или это от того что она съела в пару раз больше обычного?
- Давай ограничимся природой, погодой и какими-нибудь интересными, но безобидными традициями, - попросила она почти с мольбой в голосе.
Ей нужно было смыть неприятные ощущения. Раманд серьезно задумался. Он тщательно выбирал. В его памяти, другой, отличной от той, что заштопана, от той, где гниль и болото, должно существовать нечто чрезвычайное, от чего дыхание у его Свидетеля перехватит.
- Есть племя - коневоды, - заговорил он медленно, нанизывая каждое слово на невидимую нить. - Они не знают наших богов, они никогда не видели их. Они верят в то, что все связаны между собой, что они одна семья. И когда член семьи покидает их, на свет всегда рождается жеребенок. Они считают, что это душа умершего вернулась к ним. Они не убивают. Ни друг друга, ни лошадей. Они даже пауков и гусениц просто уносят из своих домов, сооруженных из соломы и глины. Они говорят, что если убить по злости или по глупости, то больше ни одна лошадь не родит. А значит, более ни одна душа не будет способна вернуться обратно в мир, значит, все племя вымрет. И вымрет весь мир.
После этих слов наступила тишина. Нельзя было говорить сразу. Яревена судорожно сглотнула, уперев взгляд в стол. Надо же, как бывает. Тут отступники и подлые приятельницы, а там, оказывается, есть такие люди...
- И что же, они, правда, так и живут? - спросила она, подняв на Раманда испытующий взгляд. - Разве есть в этом мире те, кого не тронули грехи?
- Они живут так поколениями, - покачал он головой. - Я пробыл с ними полдня. Я бы остался с ними навсегда, если бы к тому моменту не спас себя десяток раз тем самым способом, который для них противоестественен. Я не мог их оскорблять.
- Что ж, если так, то... хорошо. Я рада, что в мире есть чистые души. Но не рассказывай больше никому о них. Чем меньше людей и... богов знают о таких, тем лучше.
Раманд согласился. Он рассказал ей, чтобы стало легче. Гниль и крики не объяли весь мир, это их ятолла сделала неправильный выбор.
- Теперь ты убедилась в том, что я не упаду в голодный обморок? - уточнил он.
- Да, - Яревена осталась довольна исполненной работой.
- Я удивлю тебя еще больше, я теперь и спать хочу.
Она тут же будто очнулась и увидела непроглядную южную темень за окном. Увлеклись. А ведь не последний день вместе, что все выспросить хочется.
Бывшая жрица цепко поймала хитрую мысль, что не так-то и плохо Владыке служится, и что время еще есть, тоже хорошо. Поймала и затолкала подальше.
Раманд поднялся из-за стола с надеждой добрести до комнаты, а не рухнуть посреди пути, но сон вдруг отшвырнули безжалостные руки боли. Он покачнулся на ногах и вцепился рукой в край стола.
- Помочь добраться до спальни? - с насмешкой спросила Яревена.
Он не услышал. Внутри все горело огнем, худшим, нежели он ворошил голыми руками. Очередная волна боли, изо рта хлынула кровь.
Бывшая жрица сдавлено охнула и рывком встала на ноги.
- Р...Раманд, что с тобой?
Не было причин чтобы ему в одну секунду стало так плохо. Кроме одной.
- Я ведь... ничего такого... - ее резко затрясло от страха.
Зашарила глазами по столу. Какое из блюд? Чем она его так отравила? Все время же спрашивала, что можно добавлять, а что нельзя...
Раманд быстро вылетел из кухни и покинул дом. Боль в груди разрасталась, но с нею он справлялась, а вот со своим бешенством нет. Это какой же смелый отыскался, чтобы вот так напасть на него? Приговор себе подписал.
Яревена выскочила следом, пытаясь подобрать слова, объясниться.
- Это не ты, - прохрипел он, прерывая ее невнятный лепет и утирая кровь с подбородка.
Он наклонился и коснулся земли раскрытой ладонью. Сразу же ощутил жар в ней. Схоже с тем, что терзало Ериин, но не настолько глубокое. От его руки невидимой волной разлилась сила по всему Аркосту. Проявилось то, что раздирало хозяина и землю изнутри. Старательно не прятали, надо полагать времени не хватило.
- Дрянь! - рявкнул Раманд и тут же закашлялся кровью.
- Что это? - шепотом спросила Яревена, поравнявшись с ним.
Тут и там загорелись бледно-зеленые огни. Они немного рассеивали темноту ночи, но таким зловещим светом, что невольно пробирала дрожь.
- Земля заболела, - бросил он коротко. - Воды принеси.
Неугодная метнулась в дом и вылетела обратно лишь секунду спустя, держа в руке чашку. Дух Аркоста вертелся юлой вокруг своего хозяина, тот сидел на земле, тяжело опершись об нее руками. Становилось все хуже. Он махнул рукой Яревене, и она приблизилась к нему, растерянная. Раманд выглядел так, будто тяжело болел уже целую декаду, лицо было бледным, скулы и нос заострились, в глазах поселился лихорадочный блеск.
- Я могу помочь? - прошептала она жалобно.
- Ты помогаешь, - ответил он сипло, подавая знак духу.
Кошка мягко ступила к Яревене. В ней было то же беспокойство, что и в бывшей жрице, даже сережка в свете странных огней взблескивала испугано. Дух носом ткнулся в воду, понюхал, проверил, раскрыл пасть и осторожно коснулся одним клыком края чашки. В воду закапал яд. Три капли. Хозяин Аркоста вырвал посудину из рук неугодной и залпом выпил. Посидел, опустив голову.