- Зачем ты дал мне это имя? Зачем зовешь меня им? Я уже пришла к тебе, а дальше? Что дальше? Крыльев нет, их, правда, нет, но так много огня. Мне больно. Больнее чем когда-либо.
- Яра.
- Сделай шаг ко мне. Ты ведь знаешь, что я жду? Ты же знаешь об этом, да?
Она обернулась и посмотрела прямо своему хозяину в глаза.
- Когда ты возьмешь все, что принадлежит тебе.
Он не ответил. Ушел.
Неугодную затрясло, по щекам полились слезы. Она от злости смела руками все со стола. Она бы весь этот дом разрушила, но силы резко покинули ее, и она упала на колени на пол.
Предатель. Трус. Все бахвальство наносное, все слова ложь, вся его сила пустое. Чуть только сердце сбилось, и сразу хвост поджал. Вот и пусть идет на все четыре стороны!
Она возненавидит его. Один шаг до ненависти. Всего один.
Каким богам не служи, а исход один. Боги помогают, поддерживают, направляют, выносят приговор и карают. Но заправляет всем судьба. Ее, такую близкую и далекую, такую невидимую и всемогущую, задушить бы собственными руками, избавиться от бремени и стать свободной. Но никак. Никак! Потому что если начать душить, то обнаружишь сомкнутые пальцы на собственной шее. Что за проклятая шутка!
Яревена от злости и горя схватила набор трав и бросила их в огонь. Она пригласила его. Того, кого так долго отвергала. Кто приходил к ее калитке и бродил по дорогам. Кого она слышала, кому она никогда не отворяла. На кого она даже в окно не глядела, зная, что один случайно пересекшийся взгляд и ей придется уйти с ним. Теперь она была готова. Вместо того чтобы посылать всех в преисподнюю, она прогуляется до нее сама.
Он пришел. Отвергнутый бессмертный. Один из тех, чья участь страшила даже собратьев.
Ен-Укам. Тот, за кем ходит смерть. Тот, кто может исчезнуть по-настоящему. Ему нужно было разделить с кем-то дорогу, чтобы вырваться из страшных пут.
- Я готова, - сказала ему неугодная, покрывая голову красным шелковым платком.
Он подал ей руку, она положила на нее свою ладонь, и они вышли на улицу. Все было серо, и все было далеко. Это грань мира, на которой он бродит, которая мало относится к смертным и бессмертным. Так уж сложилось.
Было не холодно и не тепло, но дыхание замирало. Яревена знала, что эта грань будет отбирать у нее каждый вздох и передавать его бессмертному. Так он будет дышать сам и наполняться силой, если ее накопится вдоволь, он сможет вырваться отсюда.
- Вы отчаялись? - спросил Ен-Укам.
- Наоборот, - вскинула бывшая жрица голову, наплевав на муки, что уже терзали ее тело. Все это ерунда.
Ей нужно пройти по краю пропасти, чтобы изгнать из крови яд страхом. Как только она почувствует его, то поймет, что все неважно, важна только она сама. А не какой-то там изгнанный... Даже изгнанному не доводилось встречать тех, кто отважился бы гулять с Ен-Укамом. Даже спрашивать об этом не надо. На такое толкает безумие. В этой ятолле рождаются только сумасшедшие.
Отвергнутый шел по краю ее жизни, Яревена же пыталась не рухнуть на оставшейся для нее тонкой тропе. Рухнет и заберет его смерть с собой. Для него такая прогулка на пользу.
- Не только вы, - прошелестел голос бессмертного рядом.
- Что? - она очнулась от своих тяжких дум.
- Не только вы думаете, что будет, если вырвать сердце из груди.
- Было бы проще. Только не говорите мне избитое "тогда вы бы не были людьми".
- Не буду. Сердце отвечает не за это.
- А за что? - спросила она.
Говорить с богами ей всегда было интересно. И какая разница где и когда. Может, узнает что толковое, поймет, переиначит собственную жизнь. Да так, что не останется в ней места для вернувшегося. Как хорошо тогда станет, как легко.
- За грань, - отвечал ей Ен-Укам. - У всех она есть. Сердце говорит, можем мы переступить ее или нет. Любовь, ненависть, страх, боль, решимость. Во всем есть грань, до которой мы доходим. И мы решаем идти дальше или нет. Этот ответ дает сердце.
- Неужели нельзя было создать нас простыми, - проворчала Яревена.
- Не знаю, не мы вас создали, - рассмеялся низложенный.
Вполне понятный ответ. Людям дали богов, чтобы они знали к кому обращаться, но никому в этом мире не даны силы, чтобы легко справляться с жизнью. Это извечный вопрос и всегда ускользающий ответ. Поэтому и надо просто жить.
- Он обещает защитить, обещает победить, - заговорила неугодная в каком-то беспамятстве сразу с середины. - Выглядит всесильным, всемогущим. Вы как будто меркнете в сравнение с ним, но... он смертен. А смертность это ведь изъян. С чего же я считаю его безупречным?
- Как вы запутались, - Ен-Укам мягко улыбнулся.
- Дело в этом, да? - она взглянула на бессмертного с надеждой. - Совершенно сумасшедшие полгода моей жизни. Полгода назад, явись он, я бы не взглянула, я бы о нем даже не знала.
- Он бы все равно призвал, и все равно явились бы вы.
Она застонала и приложила ладонь к голове.
- Нет же, нет. Все должно было быть не так.
- Все всегда так, как должно быть.
- Не это я хочу слышать от бессмертного.
Он снова глухо рассмеялся над ней.
- Вы хотите слышать, как вам спастись? Избавиться? А вы уверены, что хотите этого? Вы сейчас здесь со мной от того, что его нет рядом. Останься он с вами, вы бы о нас и не вспомнили.
Прав. Во всем прав. Что же творится?