— Думаю, — рассеянно сказал Господин Теней, раскачиваясь на обитой бархатом скамье и обхватив себя за ногу. — Думаю, вы достаточно заинтересованы в то, чтобы помочь мне уменьшить поголовье вампиров, или как их здесь называют, лишенных теней на вашей земле.
С лишенным теней тоже на первый взгляд все легко и просто. Только на первый взгляд.
— Что есть солнце? — спросил Господин Теней, покровительственно кладя руку на плечо юного короля. — Солнце есть звезда. Что ей противоположно и при этом родственно?
Раэл пожал плечами, и это позволило более или менее вежливо избавиться от руки на плече. Чужих прикосновений он не любил с трудом терпел даже помощь прислуги. Господин Теней хмыкнул, но руку убрал.
— Своего рода черная дыра…
— Что такое черные дыры? — спросил Раэл.
Господин Теней поморщился
— Не забивай себе голову. Это из курса астрофизики. Думаю лет через восемьсот и в этом мире…
— Это несправедливо. — начал Раэл. Господин Теней и Верховный Жрец Хоккаты понимающе переглянулись. Старик поклонился им обоим, и вышел. Господин Теней оседлал массивный стул, устроил руки на спинке, опустил голову.
— Ты помнишь, как ты учился ходить, Раэл?
Он покачал головой, и прислонился к холодной стене, выставил вперед ногу.
— Уверен, ты падал не раз…
— Но мир не неразумное дитя! — с жаром воскликнул юный король. — И что вы имеете ввиду под падениями? Уж не войны ли?
Господин Теней хмыкнул.
— Согласен. На первый взгляд совершенно никчемная аналогия. Предвосхищая вопрос: аналогия это…
— Сравнение, — перебил его Раэл. — Я понял.
Подумал немного и неуверенно добавил:
— Догадался.
Помолчал еще немного, и добавил услышанное от Верховного Жреца слово:
— По контексту, — прежде это умное и красивое слово к месту пристроить нигде не удавалось.
Вошли двое молодых служек. Пока Раэл обернулся на скрип двери и обратно, Господин Теней исчез.
Раэл в недоумении оглянулся, и вдруг увидел на стене ничью тень. Та, будто бы заметив его внимание, вдруг превратилась в дракона, затем в рыцаря с мечом. Раэл почувствовал что у него, будто у деревенского простачка сам собой разевается рот.
Едва за служками закрылась дверь, тень эта отделилась от стены, обрела краски объем, и снова стала Господином Теней.
— Ты еще совсем ребенок, Раэл — с непонятной горечью сказал Господин Теней.
Юный король был с ним конечно, совершенно не согласен. Разве мастеровые или смерды считают своих четырнадцатилетних сыновей несмышленышами? Так чем он хуже?
— Любой был бы озадачен этаким дивом, — как можно равнодушнее сказал он.
— Я не хотел, чтобы меня видели лишние глаза.
Раэл кивнул, потянулся к большому блюду с фруктами, оторвал от грозди виноградинку, повернул в руках, и положил на край тарелки.
— Значит вы никак не хотите помочь?
Господин Теней всплеснул руками.
— Помилуй, отрок! Я ведь только этим и занимаюсь. Помогаю то одним, то другим.
— Я имею ввиду, что в иных мирах есть то, чего мы не знаем, и узнаем нескоро. Если бы собрать все хорошее, да всем рассказать…
Господин Теней устало вздохнул.
— Дитя, у тебя доброе сердце, но неужели ты думаешь, что я и госпожа моя так жестокосердны, что наблюдаем за мучения миров или народов их населяющих? Что за все миллионы, миллиарды лет, мы не искали способов помочь новым мирам избежать ошибок, виденных нами в старых мирах? Напомни мне, чтобы я сводил тебя в те пустыни, что остались от миров, где бежали впереди паровоза.
— Впереди чего? — спросил Раэл, и вдруг, не удержался, прыснул в рукав. Вслед за ним засмеялся и Господин Теней.
Приближался день совершеннолетия, все меньшее количество людей смотрели на Раэла сверху вниз. И не только потому, что он тянулся вверх и раздавался в плечах. А еще и потому, что власть медленно, но верно ускользала из дядькиных рук. Он этого не замечал, потому, что внешне все оставалось как прежде — он сверкал как умел, перед ним лебезили, Раэл искал и находил союзников.
У него была прекрасная поддержка в виде господина Теней и Верховного Жреца, успевшего побывать в своем мире советником при правительстве. Он познакомил Раэла с чудными науками — политологией и психологией.
Куда до них было покровительнице дяди? Господин Теней говорил, что когда-то давно и она была человеком, но лишившись тени стала считать себя выше людского рода, презирать его и не придавать значения ни страху исходящему от людей, ни любви и дружескому расположению, ни прочим чувствам и движениям души, которую она старались поглотить, переварить, и стать через это сильнее.