Пришлось обернуться. На локоть элегантно одетого Тени деликатно опиралась Госпожа Света. Малевин все-таки не выдержала и выругалась. И после не удивилась, что Раэл задвинул ее себе за спину.
— Спасибо за высокую оценку моей работы, леди Малевин, — с улыбкой сказал Тень, кивая на картину. — Самолично писал портрет с натуры, самолично вешал.
Послышался странный шелест, шуршание. С двух картин по краям от портрета Госпожи Света осыпалась черная краска.
Малевин не без труда узнала на одном портрете свое лицо, а на другом Раэла.
— Что это значит? — спросили они с Раэлом в один голос.
— Это значит, — также в один голос ответили Госпожа Света и Господин Теней.
— Это значит, дорогие мои, что теперь всем нам предстоит жить своим умом.
— И это не так уж и плохо правда? — добавил Тень.
— У меня к вам много вопросов. И я много с чем не согласна, — сказала Малевин.
— Да, — спросила Госпожа Света. — И какие?
Малевин открыла рот. И закрыла. Сложно было сформулировать все свои экзистенциальные претензии.
— У вас вполне будет время разобраться со в своими своими вопросами, сформулировать их, и учесть все свои пожелания.
— Какое время? — не поняла Малевин.
Тень и Госпожа Света переглянулись.
— Примерно до следующего конца всех миров. Нельзя больше позволять таким дилетантам как я, создавать миры. Вы ведь не думаете, что все c вами произошедшее, ничего не изменило?
Эпилог
В этом мире было четыре солнца и шесть лун, сменявших друг друга в хаотичном порядке. Но существам, населявшим его, давно не было дела до бега светил. Должно быть, с тех пор, как будущее и прошлое перестали быть чем-то абстрактным, не подлежащим изучению и пониманию, или изменению. Рождаясь, они проживали теперь свою жизнь сразу, выбирали наилучший исход, и жили, наслаждаясь, то уходя далеко в будущее, то возвращаясь, перебирая события как бусины на нитке. Не боялись смерти, ибо знали что за ней. И жизни не боялись.
Были и такие, кто уходил гораздо дальше во времени, кому не хватало власти только над своей судьбой, были те, кто уходил так далеко, что видел конец всего. Были те, кто не хотел конца всего. Даже если их не будет тогда, пусть будут другие! Это лучше, чем ничего.
Они искали выход, в прошлом и будущем, и после долгих поисков нашли. Работа предстояла кропотливая, долгая, растянутая во времени на тысячелетия.
Вот пришло время одного из ключевых моментов.
Где-то очень-очень далеко, и очень очень давно, или совсем недавно, или прямо сейчас, мир, населенный существами, для которых время было осязаемо и понятно, приготовился к смерти. Это было не страшно, совсем не страшно для них. Они уже все видели, все знали, и все понимали.
Даже создатели их собственного мира, именуемые госпожой света и господином теней были для них лишь фигурами на доске, лишь кирпичами в стене, которую надо закончить. Впереди много событий, и много невзгод, которые предстоит преодолеть тем, кто сумеет это сделать.
Почти во всех приемлемых вариантах будущего виднелись эти двое — бывший вампир, и прожившая две жизни девушка. Их надо сблизить, склеить, сделать так, чтобы они были ближе друг другу, чем тело и душа, чем клетки одного организма.
Им следует стать одним целым.
Если для этого придется устроить переполох в одном из миров, то что же… Это приемлемая цена.
Госпожа света пришла в этот мир на рассвете, чтобы с виноватой улыбкой отменить его. Ведь время ей было неподвластно. А значит те, кто управляют им — неподвластны ей тоже. И она знала, совсем недавно ушла из этого мира щедро одаренная возможностью воздействовать на время лишенная тени, еще одно неподвластное ей существо.
И как на стену наткнулась она на спокойное и обреченное ожидание.
— Делай, что считаешь нужным, — сказали тридцать два миллиарда разумных существ, населяющих этот мир.
Шедший за своей госпожой Тень успел задать правильный вопрос:
— Зачем вы это делаете?
И услышал ответ, и никому не сказал.
Ответ был прост.
Неужели госпожа думает, будто она единственная создает миры? Неужели она думает, что иные создатели в случае встречи, будут благосклонны к ее работам? Неужели она думает, что будет жить вечно? Неужели она думает, что не придется никем заменять ее и ее тень?
Придется.
И они, своей жертвой позаботились, чтобы в нужный срок госпожа сделала правильный выбор.
Умирая, отменяясь, тридцать два миллиарда существ видели их — девушку, прожившую чужую жизнь, и бывшего вампира, их соединенные руки, их соединенные судьбы, и то, что они сделают, и то чего делать не станут, и то что сделать им предстоит.