— Я не сомневаюсь в твоих чувствах, но… Подожди-ка… — мысль ударяет внезапно. — Джейме ведь старший сын. Он должен быть лордом Утеса. Не думаю, что в его клятвах еще есть какой-то смысл…
— Он отказался от своего права, когда покинул Вестерос.
— Так… — почему нельзя было сказать это ей раньше? — Это все… занятно. Значит ты, Джон, теперь король. Ты, Санса, леди Кастерли Рока. И вы решили взвалить на меня Север? Занятно… Не ты ли, брат, не так давно пел мне песни о том, как ненавидишь бремя правления?
— Арья, я…
— Нет, я не против… Вы заслужили то, чтобы быть счастливыми рядом с теми, кого любите. Но я ведь тоже это заслужила! Обо мне кто-то подумал?
— Но ты ведь всегда хотела этого! — Санса делает шаг навстречу с искренней верой в свои слова. Настолько искренней, что она на мгновение передается и её сестре. Но лишь на мгновение.
— Что, прости?
— Я сотню раз, все наше детство, слушала, как ты говорила это отцу. Ты ведь всегда хотела командовать замком…
— Я была ребенком! Для меня командовать замком значило ездить верхом и время от времени махать мечом! Я совершенно не представляю как руководить людьми!
— Правда? Джендри говорил о другом.
— Причем он здесь?
— Ты ведь помогла им сбежать. Вела их на Север. Кроме того, ты вела целую армию на войну. Через весь Вестерос.
— Это другое!
— Как же ты не понимаешь? Это одно и то же.
— Когда мы сбежали с Харенхола, нас было трое. И управлять было некем. Армию вел Ланнистер, а не я. Я не справлюсь.
Сестра хочет сказать что-то еще. О, она еще много хочет сказать. Скорее даже не ради Арьи. Ради себя. Санса хочет сказать все те слова, что вертелись у нее в голове каждую бессонную ночь. Хочет сказать каждую фразу, которую хотела сказать чтобы доказать самой себе, что так будет лучше и для Арьи. Но Джон успевает первый:
— Санса, стой, дай нам поговорить. Наедине.
И она уступает. Королю. Брату. Скорее самой себе. Уходит. А Его Величество только тепло улыбается, продолжая:
— Помнишь, ты была ужасно сердита, когда я просил стеречь Ланнистера. Тогда я сказал, что ты можешь отказаться. Ты можешь отказаться и сейчас. Я найду того, кто сядет в Винтерфелле. Но здесь всегда должен быть Старк, помнишь? Старк. Тот, кого будут знать люди и, что важнее, кто будет знать их, кто будет сидеть с ними за одним столом, смеясь и распивая эль, тот, кто будет драться с ними плечом к плечу. Разве это все не о тебе? Разве ты не видишь как смотрят на тебя? Ты дочь Эддарда Старка. И поверь, не только по крови. Ты такая же, как он. И ты будешь править не хуже его. Будешь править, но не в одиночку ведь. Рядом будет Сэм, я всегда смогу помочь, как и Санса. С тобой будет уйма советников, столько, что в один прекрасный день ты просто захочешь их всех убить.
Арья смеется, и Джону становится легче.
— Но мне страшно…
— Как и мне. Если бы ты была там в тот день… Если бы ты была там когда на меня надели корону… Наверное, ты была бы единственной, кто увидел бы насколько мне страшно.
— Смелый не тот, кто ничего не боится, а тот, кто преодолевает свой страх.
— Да.
— Хорошо. Выбора у меня особо и нет. Если тебе нужно было мое официальное согласие, то я его даю. И скажи Сансе… у нее есть мое благословение.
— Конечно, леди Старк.
— Вот только… Джон, ты должен знать. Я не выйду замуж. И не рожу детей. У меня не будет наследников. В любом случае… с моим именем.
— Я знаю.
— Ты же знаешь, что это значит. На мне дом Старков закончится.
— Не закончится. Если боги подарят мне или Сансе сыновей, младший будет носить имя Старков. И станет лордом Винтерфелла и Хранителем Севера.
— И королева согласится? Или Тирион?
— Уже согласились.
— Признает ли это Север?..
— В наших жилах одна кровь. Кровь Старков. Кровь севера. И в нём будет она же.
***
— Миледи, там прибыл всадник, очень хочет с вами увидеться.
Арья оторвалась от письма, так нежданно вернувшего ее к прошлому. Еще с минуту она смотрела на косые строчки Джона, сообщавшие что отныне она не последняя Старк. И что ее бремя теперь не вечно. Улыбаясь сама себе, она едва заставила себя вспомнить слова стоящего перед ней слуги. И задать необходимый вопрос.
— Кто? Он назвал имя?
Слуга замялся. Арья лишь приподняла брови, всем видом давая понять, что искренне ждет ответа.
— Он назвался Джейме Ланнистером, леди Старк.
========== Часть 12 ==========
Джоанне исполнилось ровно семь месяцев, когда она впервые увидела дядю.
Сперва она услышала его голос, низкий и очень тихий. А затем увидела его самого склонившегося над её кроваткой, как многие раньше.
— Можно? — тихо спросил он, повернувшись к матери.
Наверное та кивнула в ответ, потому что ее голоса Джоанна не слышала. Но это было не важно, ведь дядя протянул руки и поднял ее к себе, прижимая даже нежнее, чем отец.
Она смотрела на него и улыбалась. Он ей нравился. Красивый, он улыбался даже уголками таких же зеленых глаз и легко перебирал чуть рыжеватые волосы.
— Она очень красивая. Слава богам, вся в мать.
Джоанна смеется, будто видит лицо отца, сделавшего вид, что он глубоко оскорблен. А дядя продолжает всматриваться в ее лицо, находя черты брата и его жены.
Конечно, девочка очень сильно изменится с годами, но это вовсе не важно, потому что, держа ее на руках, Джейме уже сейчас готов поклясться, что будет любить ее, как собственную дочь.
Джоанна словно чувствует это и спокойно засыпает на его руках.
Санса подходит, забирает дочь и осторожно укладывает ее обратно в кроватку. И улыбается Джейме.
— Мне жаль, что я пропустил крестины.
— Ничего страшного. Дейенерис прибыть не смогла. Как и Арья, и многие другие, кто был бы ей важен. Джон долго оправдывался за их отсутствие…
— Как будто это его вина.
— Да… Когда все наладится, мы устроим настоящий праздник. Но сейчас… Когда я вижу сколько всего нужно делать для Кастерли и окрестных земель, я не могу винить лордов в том, что они не могут оставить свои земли ради крестин моей дочери.
Джейме улыбается, пока они с Сансой оставляют покои и идут по коридорам его родного замка.
С Тирионом он поговорит позже, когда наступит вечер и они, как когда-то давно, будут сидеть у костра с вином и очень долго что-то обсуждать.
Но сейчас брат слишком устал и хочет быть с дочерью. Джейме не может его винить.
— Значит вы всего на пару недель?
Санса отвлекает мужчину от раздумий, ненавязчиво заводя к садам. Совсем скоро здесь уже будет настоящее лето. Но в эту пору они кажутся молодой леди куда прекрасней.
— Да…
— Снова в Эсос?
— Нет, туда я больше не вернусь. Я сделал все, что хотел. Я останусь в Вестеросе и буду часто навещать…
— Вы могли бы вовсе остаться в Кастерли.
— Нет, здесь есть уже хозяева. И лучших этот замок наверное не знал.
Санса смущается, совсем как девочка. Джейме почему-то будто чувствовал, что так будет и ждал… Ждал странного чувства, которое, думал, все же придет. Ждал, что она будто вернет его в то время, когда действительно была просто смущенной девочкой.
Но этого чувства не было. Был только вопрос Сансы:
— И куда вы направитесь?
И до последней секунды Джейме не знал, скажет ли он ей правду.
Но он лишь открыл рот и слова сами вырвались.
— В Винтерфелл. — леди Ланнистер опустила глаза. Джейме мог поклясться, что так делают, когда знают слишком много для собеседника. — Я должен вернуть кое-что, что принадлежит вашему дому.
— Я уверена, Арья будет вам очень рада…
Санса смотрит ему в глаза. Странно… Он думает, она все знает… А она не знает ничего.
Но как Цареубийце знать, что Арья Старк за эти годы ни разу даже не упомянула его в разговоре с кем-либо.
— Я на это очень надеюсь. — только и отвечает мужчина, скрывая страх за простой любезностью.