В какой-то момент я чуть отвлеклась, и тут эльфы остановились и опустили носилки на землю. Похоже, мы пришли к нужному месту, но ничего необычного рядом не было, хотя впереди между деревьями словно появился просвет.
– Мы пришли?.. – с надеждой спросила я Кэйрийлайна.
– Да... – тот бросил на меня короткий взгляд. – Помогите подняться вашему товарищу и идите вслед за мной.
Легко сказать – помогите... К счастью, у Глеба все же хватило сил самостоятельно встать на ноги, а потом я крепко взяла его под руку и мы пошли (пусть и с трудом) вслед за Кэйрийлайном. Пара десятков шагов – и мы оказались на краю небольшой поляны, посередине которой стояло необычное дерево, если его можно назвать таким словом. Высотой метра три, довольно широкий ствол темно-коричневого цвета, но самым удивительным было то, что ветвей у этого дерева не было, зато оно было сплошь покрыто тонкими лианами, на которых кое-где виднелись маленькие зеленые листочки. Все как-то невзрачно, и даже немного обидно – неужели передо мной находится та самая чудодейственная апаса? Это, с позволения сказать, дерево, смотрится, словно темное пятно на красивой картине. Как-то она, эта апаса, меня не впечатлила, причем от слова «совсем»... Среди прекрасного леса эльфов, где все просто-таки дышало зеленью, цветами и красотой, это дерево казалось чем-то чужеродным, которому не должно быть места в этом дивном лесу.
– Это что, и есть апаса?.. – я не смогла скрыть в своем голосе ни удивления, ни разочарования.
– Да... – отозвался эльф. – Вижу, вы удивлены, как и многие, кто хоть что-то слышал об апасе – каждый представляет ее иначе. Я уже давно привык к подобной реакции людей, и могу сказать только одно: первый взгляд часто бывает обманчив.
– Извините... – мне стало неудобно.
– Раздевайте вашего друга... – продолжал эльф.
– Что?!
– Разумеется, можно лечить, когда больной находится в одежде, но без нее все произойдет быстрее... – снизошел до объяснений эльф.
– Поняла...
– Его одежду и обувь сложите здесь, на краю поляны, чтоб вашему другу было во что одеться, когда он вновь станет здоровым.
– Как скажете...
Раздеть Глеба оказалось не так просто – он с трудом держался на ногах, и если б я его отпустила хоть на мгновение, то он бы мог упасть на землю. Впрочем, Глеб и сам старался помочь мне, только вот это у него плохо получалось, но ничего, справились.
– А теперь идите за мной... – Кэйрийлайн направился к апасе и я, крепко держа Глеба за руку, последовала за ним. – И вот еще что: когда подойдем к дереву, прислоните к нему своего товарища, и сразу же отходите назад, не задерживаясь ни мгновения. Это очень важно. Не беспокойтесь – ваш друг не упадет.
– Хорошо. Глеб, ты все слышал?.. – спросила я, стараясь, чтоб мой голос звучал бодро.
– Да.
– Пошли?
– А то как же... – Глеб попытался улыбнуться. – Ну, как говорится, погнали наши городских...
Приблизившись к дереву (я рассмотрела, что и сам ствол, и лианы были не гладкими, как мне казалось на первый взгляд, а словно сплошь покрыты крохотными почками), я прислонила к стволу Глеба и тут же шагнула назад, прошептав:
– Счастливо! И до встречи...
Около меня тут же оказался Кэйрийлайн, который скомандовал:
– Вам надо отойти.
Ну, если сказано... Я пятилась назад, не сводя глаз с Глеба, который стоял подле дерева, и вдруг заметила, что одна из лиан, будто живая, подползла к стоящему человеку, и опоясала его, словно привязывая того к стволу. Это словно послужило сигналом, и в движение пришли остальные лианы. Они тянулись к Глебу, оплетали его тело, накрепко прикручивая к стволу, и смотреть на это было несколько жутковато. Наверное, так начинается то самое лечение, к которому мы так стремились, только вот оно смотрится так, будто человек попал в ловушку, из которой нет выхода. Не прошло и четверти часа, как на том месте, где находился Глеб, образовался огромный кокон из лиан, где не было ни щелки. Ну, а затем я увидела, как лианы стали покрываться зеленой листвой, которая словно прорывалась из тонких лиан. Одновременно с этим появились цветы – прямо на моих глазах, рядом с листьями, раскрывались бутоны, превращаясь в прекрасные цветы, внешне очень смахивающие на большие розово-сиреневые колокольчики, но не гладкие, а будто покрытые невесомым пухом. Уже через полчаса в середине поляны стояло дерево удивительной красоты, сплошь усыпанное цветами – настоящее чудо, которое невольно притягивает к себе восхищенный взгляд! Таким деревом можно долго любоваться, думая о том, как прекрасен может быть этот мир, и никому из непосвященных не придет в голову, что внутри этого великолепия находится смертельно больной человек.