– Интересно, сколько нам еще идти до места?.. – поинтересовалась я. Был уже третий день, как нам удалось унести ноги от вампиров и прочей пакости. Вечерело, и мы расположились на ночевку в лесу, подле нескольких валунов, покрытых слоем серого мха, и даже разложили костер в небольшой ямке – с ним все же спокойнее.
– Кто его знает, сколько... – пробурчал Глеб. – Хорошо хотя бы то, что до полнолуния у нас еще есть время в запасе.
– Главное – дойти, и, что крайне желательно, без проблем... – произнесла я.
– Знаете, меня иногда сомнения посещают... – вздохнул Кирилл. – А вдруг эльфы указали нам неверную дорогу, и мы идем не туда... Что-то у меня в последнее время появились сомнения в честности этого народа.
– Они нас не обманули, а просто деликатно не стали посвящать во все детали... – хмыкнул Глеб. – Расстроимся еще. А что касается твоих сомнений... Насколько я успел понять этот лесной народ, для них на одном из первых мест стоит ощущение совершенства и гармонии с окружающим миром. Против нас они ничего не имеют, и даже более того – мы им кое в чем помогли, а подобное предполагает благодарность, и эльфы, в принципе, с этим согласны. Тем не менее, они всерьез опасаются, как бы мы не проговорились кому-то из посторонних насчет их безголовых родственников-коротышек, а этого наши длинноухие друзья допустить никак не могут. Так сказать, налицо конфликт интересов. Я более чем уверен, что эльфы не стали нас обманывать, указали нам верную дорогу, а вот насчет всего остального решили гм... скромно умолчать. Думаю, тот же Кэйрийлайн рассуждал так: если мы сумеем (что крайне сомнительно) пройти все опасности, имеющиеся на этом пути – наше счастье, а если нет, то, увы, не повезло беднягам, бывает, сочувствуем и соболезнуем... Зато все тревоги эльфов, касаемо будущего своих пакостных козявок-родственников, решатся сами собой, то бишь мы никому о них не расскажем. Главное: напрямую эльфов не в чем упрекнуть – они же искренне хотели нам помочь! Что же касается всего остального (имеются в виду немалые трудности на этом пути, от которых мы улепетывали изо всех сил), то и тут душа эльфов спокойна, и для этого у них есть безотказная отмазка: возвышенные эльфы не имеют прямого отношения к чужим проблемам, и если с нами произойдет нечто... крайне неприятное, то в итоге мы виноваты сами – надо быть осторожнее.
– Так что идем по указанному маршруту?.. – уточнил Кирилл.
– Да. Как говорится – куда нам деться с подводной лодки? Главное, чтоб на очередные неприятности не нарваться. Очень, знаете ли, не хочется в очередной раз уносить ноги от новой напасти, вся эта суета стала мне надоедать. Вам, думаю, тоже.
– Помнится, эльфы говорили о том, что эти места совершенно безлюдны...
– Они вообще много чего говорили... – поморщился Глеб. – И не говорили тоже. Меня, например, удивляет то, что мы все еще не встречаем следов людей. Конечно, места тут отдаленные, да и слава у них должна быть соответствующая, но, тем не менее, мы уже достаточно удалились от тех опасных лесов, но не похоже, что сюда заглядывают люди. Вам так не кажется?
– Я как-то об этом не задумывался...
– И зря. Хотя, может, я напрасно нагнетаю, обжегшись на молоке, дую на воду. Да и человек я достаточно недоверчивый, и потому опасаюсь, что рановато мы с вами расслабились, хотя в чем-то нас можно понять.
– И что делать?
– Спать ложиться. Место для ночлега удобное, наш костер со стороны заметить непросто, валежник и дрова мы натаскали... Тем не менее дежурным зевать не стоит. Мало ли что...
Ночь прошла спокойно, но когда я утром встала на свое дежурство, то Кирилл сказал:
– Ты будь повнимательней. В мое дежурство ничего не произошло, все спокойно, но...
– Что такое?
– По словам Глеба, ему показалось, будто за ним кто-то наблюдает со стороны. Продолжалось этот недолго, а затем это неприятное чувство исчезло. Впрочем, он и сам полностью не уверен, говорит, что всему виной могут быть нервы или просто накручиваю себя по пустякам – мол, пуганая ворона куста боится, и я, дескать, тому живой пример. Однако в мое дежурство ничего такого не было. Что касается слов Глеба... Возможно, неподалеку находился какой-то хищный зверь, и смотрел на нас, но подойти не решился – его мог отпугнуть огонь костра.