– Оно так... – неохотно согласился мужчина. – Смотрю на вас – гладкие вы, холеные... Из благородных будете?
– Не совсем.
– Тогда чего вам здесь надо? Вынюхиваете что? У нас любопытных не любят...
– А тех, у кого нос длинный, на дух не выносят... – добавил еще кто-то. – Без этого самого носа оставляют, и еще кое без чего, чтоб другим неповадно было.
Напряжение, словно разлитое в воздухе, становилось просто ощутимым. Эти люди – они что, нас в чем-то подозревают? Похоже, что так... А еще, судя по всему, нам здесь не рады, и даже не пытаются это скрыть. К тому же жителей деревушки в этом зале сейчас собралось десятка четыре, не меньше – если разом навалятся, то нам от них не отбиться.
– Ну, чего молчите?.. – продолжал нагнетать мужик. – Правду боитесь сказать?
– Что ж, раз дело обстоит так... – вздохнул Глеб и посмотрел на нас с Кириллом. – Уж извините меня, но правду я скажу.
– Так говори, чего умолк?.. – рявкнул мужик.
– В общем... – Глеб вытер со лба пот. – Эти двое – они церковники, вернее, пока еще послушники, а меня им дали как охранника.
– Чего?! – кажется, такого ответа никто не ожидал.
– А вы на них поглядите, и все поймете сами! Они ж из тех, кто над книжками сидят да молятся, других порицают, а сами палец о палец не ударят...
По словам Глеба, после окончания войны (вы ведь о ней знаете, верно?) кто-то из правителей нашей страны решил, что все случившееся – это результат того, что народ стал отходить от истинной веры, и церковь полностью поддержала это мнение. Церковники и раньше имели большое влияние на сильных мира сего, а теперь их власть стала только увеличиваться, так что и вам, люди добрые, услышанное стоит принять во внимание, и сделать нужный вывод. Об этом можно говорить долго, ну да сейчас речь о другом. Дело в том, что одному из тех умников, что стоят во главе церкви, пришла в голову мысль многократно увеличить количество монастырей и храмов – дескать, если будет больше святости, то и страна будет лучше защищена. Против такого предложения никто из власть держащих не возражал, и потому было велено разослать послушников по всей стране, чтоб те толком все посмотрели, заглянули в самые дальние уголки, а по возвращении написали, где и в каких местах, по их мнению, следует в ближайшее время начать воздвижение Божьих храмов...
Положа руку на сердце, объяснения Глеба были нелепыми и нелогичными, которые можно легко опровергнуть, только вот он сыпал подробностями и говорил столь уверенным голосом, что ему поневоле хотелось верить. А уж когда он поведал, как мы заблудились в лесу и еле оттуда вышли – вот тогда напряженность в зале если не пропала, то заметно снизилась.
– Так говоришь, не подходят наши места под строительство монастыря?.. – обратился к нам хозяин постоялого двора.
– Пока еще нет, в здешних лесах слишком много нечисти, и для начала ее надо изгнать, а дело это непростое, долгое... – жестко отчеканил Кирилл. Ого, а голос-то у него какой холодный!
– Так изгоняйте, мы ж не против... – пожал плечами мужчина. – Сами рады будем, если в лес без опаски ходить станем.
– Это дело долгое и непростое... – нахмурился Кирилл. – А вот часовенку на перекрестке вам обязательно поставить надо, и чем скорей это произойдет, тем лучше для вас...
– Так ты у них, значит, охранник... – хозяин постоялого двора посмотрел на Глеба. Все ясно: как только разговор зашел о том, что деревенские жители на свои деньги должны поставить часовенку, так разговор сразу стоит перевести на другое.
– Есть такое дело... – вздохнул Глеб.
– Этим он свои грехи отрабатывает...– все так же холодно ответил Кирилл.
– Это какие?
– Любопытство не доводит до добра, но чтоб вам стало ясно, чем этот человек занимался ранее, и чтоб вы поняли всю глубину его грехов... – поморщился Кирилл. – Я говорить об этом не хочу, пусть он сам покажет вам что-либо из того, чем раньше зарабатывал на свою неправедную жизнь.
– Как скажете... – не стал возражать Глеб. – Я, было дело, по молодости много чего натворил, например, за деньги в кулачных схватках участвовал, но сейчас этим заниматься не стану – зарок дал без причины в драки не влезать. Так сразу и не решишь, что вам можно показать, хотя... Вот что... – Глеб повернулся к хозяину постоялого двора. – Принести сюда три одинаковых деревянных стакана.
– Зачем?.. – не понял тот.
– Увидите...
Не прошло и минуты, как Глеб перевернул принесенные стаканы, под один из них спрятал шарик, скатанный из хлебного мякиша, после чего обратился к крестьянам, которые столпились возле нашего стола.