Первый день пути прошел спокойно, если не считать того, что к вечеру от тряской дороги у всех нас голова шла кругом, а одежда покрылась толстым слоем пыли. Переночевав на очередном постоялом дворе, утром мы собрались, было, вновь отправиться в путь, и уже вставали из-за обеденного стола, но Кирилл нас остановил.
– Смотрите, эльф у окна сидит...
Вообще-то этого высокого красавца мы и без того уже заметили, впрочем, на него было невозможно не обратить внимания, уж очень хорош собой, зараза, внешне просто эталон мужского совершенства. На столе перед ним стояла большая тарелка, полная нарезанных овощей и трав – привычной еды этих лесных жителей. Эльф с изяществом, свойственным его народу, расправлялся с едой, не обращая никакого внимания на посторонних.
– Ну, сидит... – чуть пожал плечами Глеб. – И что? Ты на них в лесу не насмотрелся?
– Посмотри на его правую руку, вернее, ладонь... – продолжал Кирилл.
– Перевязана... Бывает.
– Она не просто перевязана, а всерьез повреждена. Видите, он есть левой рукой, а правую старается прятать... – продолжал Кирилл.
– Верно, на ней, кажется, не хватает нескольких пальцев.
– Эльфы – они ведь прекрасные стрелки из лука, верно?
– Да, только я не могу взять в толк, что ты имеешь в виду.
– Вспомнил кое-что из нашей земной истории. Англичане во время столетней войны, прежде чем отпустить вражеского лучника, отрубали ему указательный и правый палец на правой руке, чтоб больше тот не мог стрелять, да и саму ладонь частенько травмировали. Если же принять во внимание, что здесь не так давно закончилась война, и эльфы наверняка участвовали в ней, причем не на стороне викисов... Если я не ошибаюсь, то и у этого красавца отрублено несколько пальцев на руке.
– Скорей всего, этот эльф держит путь в Заповедные земли... – выразила я общее мнение.
– Согласен... – кивнул головой Кирилл. – Пусть война закончилась не так давно, но этот эльф... Он почти наверняка или возвращается из плена, или недавно вылечился от тяжелых ран, чтоб были силы отправиться в долгий путь...
– Понял... – Глеб встал из-за стола и направился к эльфу, бросив нам через плечо. – Идите, я вас сейчас догоню.
Ну, уйти мы всегда успеем, а пока что смотрели на Глеба, который подошел к эльфу, и о чем-то с ним заговорил. Красавец отвечал односложно и неохотно, и на его спокойном лице не отражалось никаких эмоций. Впрочем, разговор не занял и минуты, после чего Глеб почтительно наклонил голову и направился к двери, а мы пошли за ним. Уже выходя, я оглянулась и увидела, что красавец-эльф смотрит нам вслед все с тем же невозмутимым выражением лица.
– Что ты ему сказал?.. – поинтересовался Кирилл, когда мы покинули постоялый двор.
– Высказал свое почтение, и сказал, что если он когда-то окажется подле Заповедных земель, и встретит там Кэйрийлайна Светлого Ручья, то пусть передаст ему от нас большой привет и самые наилучшие пожелания. Ну, и напоследок добавил еще кое-что. Думаю, нашему приятелю Кэйрийлайну все услышанное понравится.
Судя по тому, с какой интонацией Глеб произнес эти слова, его послание вряд ли доставит хоть какое-то удовольствие прекрасному эльфу. Ничего, переживет.
До Каэты мы не доехали совсем немного, остановились на очередном постоялом дворе. Дело близилось к ночи, так что мы сняли там комнатушку. Понятно, что идти в этот город нам не стоит ни в коем случае, и выход тут только один – каким-то образом обойти его. Все так, но и в этом случае нет уверенности в том, что нас никто не заметит. Конечно, Кирилла не узнает никто, а вот насчет нас с Глебом утверждать подобное вряд ли стоит.
В этот вечер Глеб с возницей долго сидели в общем зале постоялого двора и что-то обсуждали, после чего возница ушел, а Глеб остался ожидать его в нашей комнатке. Как он сказал, сейчас в этих местах люди неохотно берутся везти незнакомых людей – мол, были уже некие неприятные прецеденты, так что с этим тоже все непросто.
Возница постучал в дверь лишь ранним утром, негромко переговорил с Глебом, после чего нам велено было собираться. Как оказалось, у возницы неподалеку жил родственник, который тоже подрабатывал извозом, и тот согласился провезти нас кружным путем, чтоб мы смогли миновать город. Правда, за это пришлось неплохо заплатить, а если говорить прямо, то эти две поездки почти полностью опустошили наш и без того прохудившийся кошелек. Почему мы не стали возражать против таких трат? Просто любому человеку понятно, что мы не просто так хотим миновать Каэту окружным путем, и у нас для этого есть некие основания, о которых посторонним лучше не знать, а риск требует соответствующей оплаты.