... В итоге все получилось так, как им того и хотелось, и молодого человека ожидала свадьба, слияние двух солидных фирм, новые перспективы... Будущее выглядело прекрасным, и, казалось, нет ничего плохого в том, что разок-другой можно позволить себе кое-что из того, что категорически запрещено. Кто ж знал, что некое гм... вещество окажется далеко не лучшего качества, после чего два закадычных друга Бориса отправились на тот свет. Сам он кое-как выкарабкался, но зато у него началось отторжение новой почки... Все, что врачи могли сказать безутешной мамаше – разумеется, можно попытаться сделать новую операцию по пересадке, только вот найти новую почку за такой короткий срок очень сложно, практически невозможно.
Вот тут-то мать Бориса вспомнила про меня, вернее, сообразила, где можно взять еще почку для пересадки – конечно, рискованно, но иного выхода нет, да и сроки подпирают. Для начала требовалось меня отыскать, только вот дозвониться до обладательницы нужной почки нет никакой возможности – телефон молчал, а время, меж тем, неумолимо идет... Делать нечего – пришлось к моим поискам подключать кое-кого из тех, с кем ранее эта дама не желала иметь никакого дела. Проще говоря, за большие деньги был нанят человек, который должен отыскать меня, и незаметно увезти в какое-либо укромное место, где трансплантолог (которому тоже пришлось заплатить немало) вырезал бы мою почку, которую затем поместил бы в специальный контейнер, после чего исполнители сразу же должны были мчаться к нанимательнице. Что касается моего бренного тела, то закопать его в лесочке не составило бы труда...
– А откуда вам об этом стало известно?.. – растерялась я.
– Этот человек мне сам обо всем рассказал... – неприятно усмехнулся Иван Степанович. – Он приехал в твой город, узнал, что твоя мать подала в розыск – мол, дочь пропала, уехала неизвестно куда... Естественно, подобное объяснение его не устроило. Версию, что ты уехала по святым местам, этот человек решил проверить позже, но для начала требовалось выяснить, куда именно ты ранее отлучалась из города, и в результате каким-то образом узнал, что ты приезжала ко мне.
– И что было дальше?
– Он заявился сюда в мое отсутствие – в тот день я ненадолго отъехал по делам, а когда вернулся, то увидел, что мою жену привязали скотчем к креслу, и некий наглый хлыщ обещает изрезать ей лицо ножом, если я не скажу, где ты находишься. Второй, с испитым лицом, стоял рядом... То, что я испытал в тот момент, словами не описать! Они посмели угрожать не только мне, но и моей жене! Только за одно это их убить мало!.. – в голосе Ивана Степановича прозвучало нечто такое, отчего у меня едва не перехватило горло. – Как видно они сочли меня шарлатаном, с которым можно не считаться. Если б только эта парочка знала, что их может ожидать за подобное, то предпочли бы покопаться в куче радиоактивных отходов – в этом случае у них все же был шанс остаться в живых...
– И как вы поступили?
– Лишил их способности двигаться, освободил свою жену – она, бедняжка, так перепугалась!.. Я такие вещи не прощаю, и прощать не намерен. Успокоил жену, потом подчинил эту парочку своей воле, посадил их на квадроцикл и отвез... Ну, вы поняли куда. Затем отвел к пещере и оставил их там. Уйти оттуда эти двое не могли, они даже пошевелиться были не в состоянии, и об их дальнейшей судьбе вы, думаю, догадались.
Да что там непонятного! Теперь, хотя бы, выяснилось, чей череп мы видели у кустов вереска...
– Вы что, считаете, что я поступил излишне жестоко?.. – поинтересовался Иван Степанович.
– С этим вопросом вы обращаетесь несколько не по адресу... – Глеб и бровью не повел. – Я вообще придерживаюсь принципа: Богу-богово, кесарю-кесарево, а ушлепку – ушлепково. От слова шлепнуть. Почему я так считаю? Дело в том, что если человек дурак – то это надолго, а если сволочь – то это навсегда.
– Рад, что вы меня понимаете. Кстати, Кирилл, пару раз звонил твой отец. Ну, я ему ничего сказать не мог, а вот он попросил меня передать тебе кое-что, если увидимся.