– Держи... – Глеб сунул мне коробок. – Я сейчас свечку из мешка достану...
Через минуту мы осматривались вокруг, насколько это было возможно при неярком огне свечки. Первым делом надо уйти отсюда, только следует определиться, в какую сторону идти.
– Вот он, красноватый камень!.. – Глеб склонился над камнем, лежащим у основания стены. Этот булыжник, и верно, по цвету отличался от серых стен. – А рядом должны быть еще два похожих... Вот они! Надо же, все именно так, как и говорил Иван Степанович! Значит, выход из пещеры в той стороне, где и лежат эти два камня. Итак, я иду первым, а вы – за мной.
– Кирилл... – обратилась я к своему молчаливому спутнику. – Тут коридор довольно узкий, так что я пойду вперед, а вы положите свои руки мне на плечи и идите вслед за мной. Если на пути окажутся камни, то я вас предупрежу. Да и свод кое-где низкий, так что когда я вас буду просить пригнуться, то делайте это без возражений.
– Хорошо... – буркнул тот таким тоном, словно делал мне одолжение.
Трудно сказать, сколько времени мы пробирались по каменному коридору – мне показалось, что очень долго, и я даже стала опасаться, что мы идем не в ту сторону. Когда же, наконец, мы покинули пещеру, я была так рада, что чуть не запрыгала на месте от избытка чувств.
Впрочем, пока что особо радоваться нечему. Здесь, как и у нас на Земле, сейчас стояла ночь, причем очень темная, похожая на ту, какие бывают на нашем юге. На небе хватало звезд, вокруг стояла тишина, в которой то и дело раздавались звуки, отдаленно напоминающие стрекот кузнечика. Легкий ветерок, дышится легко, воздух пахнет травами и мхом... Неподалеку от входа в пещеру начинались то ли высокие кусты, то ли низкорослые деревья.
– Ну, здравствуй, новый мир, тебя сложно назвать прекрасным... – усмехнулся Глеб, оглядываясь по сторонам. – Что скажете, господа-товарищи?
– Надо утра дождаться.
– Верно... – согласился Глеб. – В темноте бродить не стоит. Утром надо будет сделать привязку на местности, чтоб знать, куда возвращаться. А пока давайте где-нибудь присядем, все одно в ногах правды нет.
Подходящее место нашлось неподалеку от входа в пещеру – там было нечто вроде небольшой полянки, покрытой толстым слоем мха. Не знаю, что это за мох такой, но на нем сидишь, словно на подушке.
– Ни одного знакомого созвездия... – произнес Глеб, глядя на небо. – И луны здесь тоже нет...
– Интересно, тут хищники есть?.. – спросила я.
– Не без того, почти наверняка водится какая-нибудь зубастая дрянь... – подосадовал Глеб. – Надеюсь, на нас они не набредут. Стоит порадоваться хотя бы тому, что рядом нет реки, или озера, или еще какого водоема. Если помните, Иван Степанович велел нам держаться от них подальше в темное время.
– Мы с вами ничего не знаем друг о друге, хотя придется провести вместе какое-то время... – после паузы заговорила я. – Может, расскажем, что явилось причиной того, почему каждый из нас оказался здесь? Дело не в простом любопытстве – просто хочется знать, кто находится рядом с тобой...
– Любознательная ты наша... – протянул Глеб. – Впрочем, как и все бабы. Хотя почему бы и не поговорить? Хоть время скоротаем. Ты предложила рассказать о себе, вот первой и начинай...
Мое повествование было коротким: ранее работала в банке, был жених, который, как оказалось, был серьезно болен, ему срочно требовалась трансплантация почки, на которую я согласилась, благо моя почка подходила идеально. После операции выяснилось, что молодой человек ухаживал за мной только ради получения этой самой почки, потому как у него уже имелась невеста и свои планы на будущее, в которые я не входила от слова «совсем». В результате мне не только указали на дверь, но и велели убираться куда подальше, а иначе меня ожидали бы серьезные неприятности, и это была не простая угроза...
– И ты из-за одной потерянной почки решила сюда отправиться?.. – поинтересовался Глеб. – Ну, бабы, у меня просто нет слов! Подумаешь, горе какое!
– Для меня это горе.
– Ну да, обманули тебя, бедную! Самой дурой быть не надо, лапшу с ушей следует стряхивать хотя бы время от времени. И голову иногда включать тоже не помешает. Мало ли кто и кому что обещает, тем более что язык без костей. Как говорится: колхоз – дело добровольное, могут и обмануть. И вообще, из-за такой потери жизнь не кончается! Не ты первая живешь с одной почкой, не ты последняя! Конечно, сложностей хватит, но ты же должна была понимать, на что соглашаешься! Не понимаю, для чего тебе так рисковать, отправляясь сюда? Неужели так обиделась из-за того, что в душу плюнули?
– Возможно.