– Для нас главное – чтоб ваши соплеменники выполнили свою часть договора после того, как получат солнечный камень.
– В этом не сомневайтесь. Сейчас же не стоит терять время – садитесь в повозку, тем более что дождь становится все сильнее. От всего сердца желаю вам удачи и доброго пути.
– А уж как мы-то этого себе желаем... – пробурчал Глеб.
Несмотря на то, что внешне повозка выглядела весьма убого, оказалось, что внутри не только сухо, но еще и довольно удобно сидеть. Пока мы переодевались в сухую одежду, повозка миновала городскую черту, причем никто из стражников не заглянул внутрь – понятно, никому не хочется мокнуть в такой дождь, да и что может быть подозрительного в старой телеге крестьянина? Наверняка там пустые корзины и старые мешки, в которых он сегодня же привез свой нехитрый товар на рынок, а теперь направляется домой. А если даже в повозке и есть что-то иное, купил крестьянин кое-какие товары домой, так не стоит ради выяснения этой мелочи выходить под проливной дождь...
Под мерное укачивание повозки мы убрали в дорожные мешки мокрую одежду и новую обувь, заодно разделили на три части еду и воду в глиняных фляжках, и уложили все это во все те же мешки. Надо сказать, их вес и объем заметно увеличился. Ничего, как-нибудь снесем, не надорвемся.
Дождь за стенами повозки не прекращался, и под его ровный шум мои глаза стали закрываться – сегодняшнюю ночь мы спали, можно сказать, вполглаза, так что нет ничего удивительного в том, что нас всех стало клонить в сон.
Трудно сказать, сколько времени я спала, но проснулась оттого, что Глеб тряс меня за меня за плечо.
– Вставай, красавица, проснись, нас ждут великие дела. И кавалера своего разбуди.
Оказывается, мы с Кириллом спали, прислонившись друг к другу, вернее, я уложила голову ему на плечо. Потерла глаза руками, разгоняя сон. Оказывается, повозка более не двигалась, а стояла на месте, но шум дождя слышался по-прежнему.
– Приехали?.. – спросила я, заранее зная ответ.
– Да.
– Дождь так и не перестает...
– Ну, может оно для нас и неплохо...
Очень не хотелось покидать повозку и выходить в слякоть, но ничего не поделаешь. Ступив на землю, чуть не поскользнулась – оказывается, дождь превратил грунтовую дорогу в липкую грязь, по которой нужно идти очень осторожно, чтоб не упасть. Оглянулась по сторонам – по обеим сторонам дороги находится невысокий лиственный лес, да и особо густым его тоже не назовешь. Хотя дождь уже не был таким сильным, но, тем не менее, шел, не переставая, и небо по-прежнему было затянуто тяжелыми тучами. Ну, это надолго...
Как только мы трое вышли из повозки, как молчаливый возница, так и не сказав нам ни слова, тронулся с места, направив лошадь направо, а мы остались стоять у перекрестка.
– Итак, господа хорошие... – повернулся к нам Глеб. – Дорога, конечно, сейчас тяжелая, почва от дождя размокла – тут, как я понял, что-то вроде суглинка, а по нему в такую погоду, как сейчас, идти непросто. Делать нечего, пройдем, сколько сможем. Хорошо бы, конечно, к вечеру добраться до деревни, чтоб было, где переночевать, но тут уж как получится. Ну, пошли, благословясь.
Какое это сомнительное удовольствие – передвигаться по размокшей дороге, мы поняли сразу. То, идти было тяжело – это еще мягко сказано. Глина разъезжалась у нас под ногами, на обувь быстро налипал толстый слой грязи, которую приходилось то и дело счищать, а иначе передвигаться с такими гирями на ногах было очень непросто. А еще дождь, который по-прежнему и не думал заканчиваться, и через какое-то время мы промокли насквозь... Хоть бы не простудиться... Главное – ветра нет, и на том спасибо.
Мы брели (иным словом это не назвать) по дороге, никого не встречая на пути, и это понятно – в такую погоду ни один разумный человек не захочет покидать теплый дом. Бесконечный лес, тянущийся по сторонам дороги, постоянный шум дождя и копящаяся усталость... А еще, как бы мы не старались, но каждый из нас несколько раз все же умудрился споткнуться и упасть в липкую грязь, так что через несколько часов мы стали выглядеть мы далеко не лучшим образом – грязные, мокрые, а обувь под слоем глины вообще было не рассмотреть... Наверное, земные бродяги с мусорных свалок по сравнению с нашим нынешним видом смотрелись, как записные щеголи.
Дорога тянулась бесконечно долго, и мы устали настолько, что еле переставляли ноги. День уже клонился к вечеру, скоро должна наступить темнота, и я стала с тоской подумывать о том, что нам придется ночевать в сыром лесу. Однако Глеб гнал нас вперед, и мы каким-то чудом все же смогли дойти до небольшой деревушки в десяток домов.