- Тогда уходи, - жмёт плечами подруга и встречает мой озадаченный взгляд, - это твой день рождения! Ты имеешь право проводить его так, как тебе хочется. Не желаешь видеть кого-то - не встречайся с ним! Я девчонкам объясню, что у тебя важные дела нарисовались, и ты умчалась в ночь.
- Ну, какие у меня могут быть важные дела ночью в четверг? - смотрю на неё скептично.
- Да какая, к черту, разница? - выразительно глядя в ответ, спрашивает Маняша, - Давно ли ты стала такой мягкотелой, радость жизни моей?!
- Всё, вызываю такси, - киваю и открываю соответствующее приложение на телефоне.
Когда машина подъезжает, пишу Стэфану, что покидаю место встречи.
- Хорошо выспись: утро вечера мудренее, - произносит Маняша на прощание и чмокает меня в лобик.
- А ты не подерись с ним, если он всё-таки приедет. Парень-то нормальный, просто со вкусом у него плохо, - отвечаю ей, усаживаясь в машину.
- Со вкусом у него всё в порядке, раз он тебя выбрал, - неожиданно заступается за Стэфана подруга, - но аппетиты немеряные - не под стать его уровню.
- Чего? - склоняю голову на бок, нахмурив лоб.
- Езжай, - хлопнув по крыше, командует Маняша, и такси трогается с места.
А мне на телефон приходит сообщение от Стэфана: «Не уезжай», затем «Вернись!», и следом сразу: «Вера, вернись немедленно!»
С лёгкой озадаченностью смотрю на крайне эмоциональные для сдержанного шведа сообщения. Восклицательные знаки он в принципе никогда не использовал, что уж говорить о повелительном наклонении у глаголов?..
Убираю телефон в сумку и прикрываю глаза. Тут же вижу себя перед огромными коваными дверями, выбравшимися из снов в реальность - прямо под закрытые веки. Тру подбородок, пытаясь понять, является ли алкоголь причиной их проявления? Затем аккуратно толкаю тяжелое железо, желая проверить, насколько это сон, и насколько явь...
Дверь открывается, ослепляя невыносимым для глаз светом!..
Гудок таксиста возвращает меня в салон машины, вынуждая прищуриться от фар внедорожника, проезжавшего слишком близко от нас по встречному движению.
- Умом поехал? - ругается на неведомого водителя таксист, явно струхнувший от таких ралли по ночному городу.
- Видать, торопится сильно, - протягиваю, взглянув в зеркало, чтобы встретить взгляд водителя...
...и застываю, уловив в отражении жуткое лицо серого цвета с глазами-впадинами и широко раскрытым пустым ртом.
Крепко зажмуриваюсь, прося сердце стучать потише.
Мне это явно привиделось! Обитатель картины Мунка «Крик» совершенно точно не мог вести машину, подрабатывая таксистом...
И, вот, сейчас это точно был алкоголь: другого варианта просто быть не может!
Открываю один глаз и смотрю в зеркало дальнего вида. Там всё ещё была жуткая личина, не имевшая четких границ и словно слегка размытая в пространстве. Перевожу напряженный взгляд на голову таксиста и понимаю, что с его лицом и шеей всё в порядке. По крайней мере, сбоку точно!!!
Может, это галлюцинация?
Или стекло плохо протёрто?
Вновь возвращаюсь глазами к зеркалу и встречаю нормальный человеческий взгляд мужчины с примесью восточных кровей.
- Сильно испугались? - заботливо спрашивает водитель, и мне приходится дернуть головой. А затем кивнуть. - Давайте я с этой полосы съеду: ехать будем дольше, зато безопаснее!
- Спасибо, - опускаю веки и некоторое время просто сижу, считая до пятидесяти. Потом до ста. Потом просто сижу, слушая по радио Дану Соколову с её, пожалуй, самым известным треком «Индиго». Слегка офигеваю от того, что по радио в такси именно в этот момент играет именно эта песня, но глаз не открываю, нервно покачивая головой в такт музыке:
«...о том, что в мире,
Где нас растили,
Так много гнили,
Так мало мира!
Но я
Буду сильна!..»
Когда машина останавливается, быстро благодарю таксиста и ещё быстрее покидаю салон, стараясь не смотреть ни на водителя, ни на его отражение в зеркале.
Добравшись до дома, закрываю дверь на все замки, скидываю пиджак, по какой-то счастливой случайности не забытый на спинке стула в баре, и иду умываться. Делаю это долго и обстоятельно. После чего снимаю платье, забрасывая его в стирку с мизерной надеждой, что оно отстирается, и иду в спальню... падаю на постель... и моментально засыпаю, перегруженная происходившей вокруг меня чертовщиной.
***
Утро начинается не с кофе, а с ночных сообщений от Мари и Стэфана. Подруга сообщает, что смогла разрулить ситуацию и дала мне возможность поспать без перспективы быть разбуженной брошенным парнем, звонящим в домофон. А бывший парень просит прощения за необдуманное решение дарить кольцо, которое, к слову, ни к чему меня не обязывало...