Салон полицейского микроавтобуса был заставлен какой-то аппаратурой, окна были завешены бежевыми шторками. Работало радио.
Вероника была погружена в свои мысли, как вдруг чётко услышала объявление, прозвучавшее из приёмника: «Молодёжная студия «Потенциал» приглашает на занятия по развитию творческих способностей, основанных на эмоциональных переживаниях». В данный момент переживания Вероники были так глубоки, что состояние души можно было сравнить с оголённым проводом. Из глаз ручьём потекли слёзы. Чтобы никто из сидящих в машине крепких парней в форме не заметил, что она плачет, девушка нашла в сумочке солнцезащитные очки. Трясущимися руками спрятала за тёмными стёклами мокрые глаза.
Они быстро доехали до места, где работала Снежана. Выйдя из машины. Вероника достала из кошелька деньги для покупки бритвы, а сам кошелёк бросила водителю со словами:
— Возьмите, мне он уже не пригодится.
Полицейский поймал кошелёк и молча протянул ей обратно.
— Думаете, ещё пригодится? — запальчиво спросила Вероника и захлопнула дверь машины.
Увидев подругу в растрёпанных чувствах, Снежана проводила её в комнату для переговоров.
— Что это? — спросила она, когда Вероника протянула ей конверт.
— Это мои последние слова.
Снежана посмотрела на подругу с недоумением. И тут Вероника разревелась. Она не могла остановиться. Снежана побежала за стаканом воды, вскоре вернулась, но подруге это не помогло, её рыдания не уменьшились. Как азбука Морзе, стучали зубы о край стакана, слагая звуки в сигнал SOS. Веронику буквально трясло от плача. Снежана не знала, чем помочь подруге. Стены переговорной комнаты были стеклянными, и за всем происходящим внутри могли наблюдать сотрудники фирмы. Один из них, мужчина, резко отодвинул стул и стремительно направился в комнату. Он был старше девушек, приятной наружности, со льняными волосами и маленькими серыми, очень серьёзными глазами. Сев напротив Вероники, он спросил спокойным и проникновенным голосом:
— Что произошло?
— Это Олег, он бывший врач, — пояснила Снежана подруге, — ему можно доверять.
— Я всегда любила небо, понимаете, я любила небо, — больше Вероника ничего не смогла сказать.
— У неё стресс, ей надо в больницу, — сказал Олег.
— Нет, я хочу умереть.
Света обняла подругу и тихо сказала:
— Тебе нужен психолог, но отвезти тебя туда должны родные. Поехали к твоей свекрови.
Вероника не сопротивлялась. Когда они обе появились на пороге квартиры свекрови, та сначала испугалась, но Снежана успокоила её, сказав, что это стресс и нужны успокоительные лекарства и крепкий сон. Веронику тут же уложили в постель, но заснуть она не могла. В голове опять крутили свою карусель стихи:
Лёжа в кровати, Вероника услышала, как хлопнула дверь за уходящей Снежаной. Только после этого она тихонько встала и прошла в ванную комнату. Мысль умереть не оставляла её. На полочке она увидела то, что искала — лезвия «Нева». Включила кран, чтобы набрать в ванну горячей воды. Закрыла дверь на замок, разделась и стала ждать, когда ванна наполнится до краёв. Рифмы в голове заглушались шумом льющейся воды. Она наблюдала, зная, что уровень набирающейся воды сокращает минуты её жизни. Было жалко себя, но решение было окончательным и менять его она не собиралась. Гоша её не любит, никто её не любит, она неудачница, у неё нет работы, нет денег. Как жить? Зачем? Умереть днём раньше, днём позже — какая разница, если нет смысла в жизни?
Неожиданно в дверь постучали.
— Вероника, это ты в ванной? — услышала она голос свекрови.
— Да, я моюсь, — соврала девушка.
— Я позвонила твоему папе. Он завтра приедет за тобой и отвезёт тебя к врачу.
Папа! Как она могла забыть? Он её любит. В детстве всегда представлял Веронику своим друзьям: «Мой первенец». А их любимая игра в рифмы? Это лапа «зарифмовал» её жизнь. Где бы они ни были, куда бы ни шли, чтобы не было скучно, папа давал задание подобрать рифму к слову, которое приходило в голову. Вероника очень любила эти минуты, когда нужно было «пошевелить» мозгами.
А мама? Она ведь тоже писала стихи, не так много, но на все праздники обязательно.