-Не знаю, - замотала головой Вероника.
-Ты должна это знать, потому что у тебя будут разные клиенты: атеисты, православные, католики, иудеи, мусульмане. Со всеми ты должна поладить и найти общий язык. Ты сама-то верующая? - поинтересовалась "мама"
-Ага, крешёная, - кивнула головой Вероника.
-Ну, это теперь модно! - согласилась мама. -Так чем они отличаются-то?!
Вероника молчала, потому что уже дала ответ, и "мама" словно вспомнила об этом:
-Ничем! В описателной части - ничем! По сути, это одна и та же книга, об одном и том же Боге, одном и то же пути появления и развития человечества, только созданная в разных конфессиях. Ну, да ладно! Все эти книги ты должна будешь прочесть, но мой тебе совет на будущее - всем представляйся атеисткой, не верующей! Так проще! Не будет проблем!
Вероника хотела спросить: "А как же крестик?!" - и только тут вспомнила, что она не носит его уже долгие-долгие годы. Она вообще не помнила, когда надевала его на шею в последний раз.
Постепенно за разговором завтрак подошёл в завершению, а с ним и теория. "Мама" назвала главы Бытия, которые завтра у Вероники спросит. Та пролистала Библию и заложила страницы, которые надо будет прочесть.
-Ну, на сегодня уроки закончены! - подытожила "мама", потом откинула с себя полотенце и поманила Веронику. -Ну, теперь, киска Лада, доставь маме несколько минут радости!
Вероника без промедления встала, сбросила полотенце и прильнула к жаркому телу женщины.
Глава 13
Вероника шла прочь от центрального городского рынка, чувствуя во внутренем кармане тяжесть от макулатуры, на которую она обменяла сто долларов.
-Эти карбованцы, наверное, килограмм на десять потянут! - думула она. -Да! Тяжела ридненька валюта! А если бы я обменяла свои три тысячи?! Меня что, завалило бы кучей этих пёстрых фантиков?!
Девушка забеспокоилась. Она оставила сумку в номере у Гарика. Вернее не оставила. Он уже у лифта догнал её и забрал сумку:
-Будет повод вернуться! - сказал он, дёргая сумку у неё с плеча. -Я понимаю, что она тебя не напрягает! Что там?! Куча косметики и всякой дряни, но... Будет лишний повод вернуться!
Знал бы он, как дорога ей это сумка! Быть может, если бы он не догадался её забрать, то она действительно исчезла бы от него, растворилась в городе! Да, у Гарика какой-то нюх!
"А вдруг он начнёт рыться с сумке?! - подумала она. - Нащупает под подкладом, хотя и плотным, но всё же, - что-то странное, хрустящее при сильном нажатии?!"
Вероника заволновалась, но тут же стала убеждать себя, что этого не произойдёт: "В конце концов, я же спрятала купюры не прямо под атлас подклада, а под прослойку из плотной бумаги и поролона, которые были под ним!" она понимала, что сейчас надёжнее места, чем у Гарика в люксе для её сумки нет: брать её с собой на рынок, когда вокруг твориться не весть что, было ещё опаснее. Вероника вспомнила сцену с убегающими над толпой долларами, предупреждение Сашко о том, что повсюду шныряют карманники,, и решила, что даже хорошо, что Гарик отобрал у неё сумку.
Она быстрым шагом шла обратно по набережной без реки в сторону гостиницы. Город просыпался, на дороге появились машины, везед были видны люди.
У стойки администраторши Вероника распахнула своё старенькое, как ей казалось, демисезонное пальто и вынула из внутреннего кармана толстенную пачку, размером с кирпич, перетянутую резинкой.
-Поменяли? - спросила у Вероники дежурная, то ли удивлённо, то ли с облегчением, что с ней рассчитаются, затем стала рыться в своём журнале. - Так, вот ваша квитанция! Два миллиона триста тысяч карбованцев! - объявила она Веронике.
"Ну, вот, - подумала та, - если бы в банке меняла - только-только хватило бы!"
Вероника отделила наугад полпачки карбованцев, выдернула их из пачки и подала администраторше. Та, мусоля пальцы, старательно принялась считать купюры.
-Ещё двести пятьдесят не хватает! - заключила она и перевела взор на девушку.
Та добавила небольшую пачку карбованцев.