Глава 8
Утро понедельника было пасмурным и холодным. По небу ползли свинцовые тучи, и непонятно, чего можно было ожидать: дождь или снег. Я не стала рисковать, надела теплый пуховик, а в сумку положила зонт и поехала в поликлинику. Рентген сделала быстро. Но у меня еще оставалось полчаса, и, зайдя по дороге в «Сладкоежку», я купила своим друзьям по шоколадному батончику в честь первого дня зимы.
Лекция должна была скоро закончиться, и, поднявшись на третий этаж, я стала в конце коридора, ожидая свою команду. Прозвенел звонок. Дверь открылась. И моя четверка, вся в чёрных одеждах, медленно, с печальными лицами вышла в коридор. Я заволновалась. Что случилось? Вроде бы ничего плохого ни про кого не видела. Почему мне никто не позвонил вчера?
Заметив меня, Ирина махнула рукой, чтобы я скрылась с глаз и не подходила к ним сейчас. Так же печально они прошли через весь коридор и спустились по лестнице. Я догнала их внизу.
- Что случилось? - испуганно произнесла я. - Ничего плохого я не видела. Что произошло?
Макс заулыбался:
-Не боись, Глазастик. Это все Коршунова придумала. Психологическая атака. Мы зашли в кабинет – продолжил он, - прямо «Люди в чёрном». Сидим тихо и печально, а меня на смех пробивает. Приходиться сдерживаться, потому что Лизка-зараза, под столом своим каблуком мне ногу дырявит. А Ирка еще между собой и мной, там, где сидишь ты, темно-красную розу положила. Филин глянул, роза лежит, тебя нет. Задергался. Мы сидим. Никакой реакции. В конце пары он подходит к Ирине и спрашивает:
« - Где Исаева?». А Ирка-мастер дурных розыгрышей, глянула на него большими, печальными, глазами коровы, вздохнула, и ничего не объясняя, вышла с нами.
- Люди! Вы что? Ну, у вас и шутки детские! Вы что, меня живьём хороните?- не выдержала я.
- Спокойно! - сказала Коршунова, - Пусть подергается. Не хотел по-хорошему, теперь пусть готовится к сюрпризам. Вечером получишь результат. И по коридору, как угорелая, не носись.
Если и был, какой результат вечером, то я его не заметила. На тот момент я уже знала, что весь вечер проведу у соседки.
У бабы Тани сильно подскочило давление, и мне не хотелось оставлять её одну. Когда я увидела, что бабушке стало легче, и ничего не угрожало, я пошла домой. Открыв дверь, прошла в ванную, разделась, стала под горячий душ. «Да, нужно развивать свои способности» - подумала я. Не включая свет, прошла в спальню и легла.
В полудреме я попробовала смотреть. Вот соседка, с ней все нормально. Вот Макс, с ним тоже. Лиза, Ира. Я перебрала и пересмотрела всех. Потом попробовала про себя. Ничего. Но потом, перед лицом мелькнул образ какого-то пожилого мужчины. И все исчезло.
Я махнула на это дело рукой и заснула.
Спала без сновидений.
Среди ночи, словно от толчка, я проснулась. Что-то подсказывало мне, что нужно посмотреть еще. Я опять просмотрела соседку, Макса, потом перевела мысли на себя и вдруг отчетливо увидела комнату. За столом сидел пожилой человек и что-то писал. Вдруг он поднял глаза и посмотрел на меня…
Я вздрогнула - у него были точно такие глаза, что и у призрака-красавца из моих снов. Глаза моего преподавателя философии Сергея Викторовича. Я сначала подумала, что сплю. Нет! Я не спала. Мое подсознание выдало такую картинку, от которой стало не по себе. Я была уверена, что этот старик очень хочет со мной встретиться. Но зачем?
Утром я с друзьями пошла на занятия, стараясь не забредать на третий этаж.
Лично для себя я уже все решила. Если Философ не хочет общаться, не хочет давать никаких объяснений, я навязываться не буду. Просто сделаю вид, что ничего не было, и я ничего не знаю. Пусть играет сам в свои игры дурного пошиба.