Спокойно, спокойно. Нельзя показывать то, что у тебя на душе. Чем бы заняться? Я приготовила ужин, потом полезла на антресоли и достала коробку с фотографиями, высыпала содержимое на пол и стала по одной перебирая, рассматривать их. Я всматривалась в лица изображенных на фотографиях людей.
Вот мой прадед с прабабушкой, вот дед с бабушкой, родители папы и Зины, молодые, счастливые.
Вот запечатлена вся семья, судя по дате за месяц до трагедии. А это дед и бабушка с внуками, через два года после гибели сына и невестки, постаревшие на десятилетия.
Вот Зина в выпускном классе. Ага! Вот эти фотографии, где Зинин класс принимает участие в конкурсе. Девчонки прямо красавицы. Вот Зиночка в сарафане, в котором я напугала Таню. Вот им вручают грамоту и огромный торт.
Вот Зиночка на занятиях в колледже, где теперь учусь я, и который раньше назывался нормальным словом «техникум».
Вот Зиночка в институте, а рядом с ней Олег Станиславович, без животика и лысины.
Просмотрев всё, я аккуратно сложила фотки, засунула коробку на антресоль, и обратила внимание на время. Одиннадцать часов. Сергей так и не заехал. Я попробовала ему позвонить, вызов отменили. Еще и ещё – он не отвечал. Я поставила телефон в беззвучный режим и пошла спать. Долго крутилась, думая. В голову лезла всякая чушь. И вот что надумала. Во-первых, Сергей мне повода для ревности не давал. Во-вторых, если разобраться, он мне пока никто и мы ничем с ним не связаны. Так что нечего себя накручивать. А с другой стороны: что это за девушка, с которой он встретился, почему он так холодно стал вести себя, и что у него за тайны
Если он решил расстаться, зачем надо было ехать за мной в деревню и расковыривать мне, только начавшую заживать рану. И хотя Сергей не похож на садиста, но другая сторона сильно перевешивала первую. Потом вспомнив замечательные слова, что «утро вечера мудренее», я решила так и поступить и все обдумать утром на ясную голову. Чтобы успокоиться выпила пару таблеток валерьянки и заснула. И чудесно проспала на занятия.
Разбудил меня звук открывающейся двери. В комнату влетел Сергей.
- Что случилось? – испуганно спросил он, глядя на меня, лежащую в кровати. – Ты знаешь, который час?
Вспомнив, что «молчание – золото», я решила осыпать себя этим золотом всю, чтобы не брякнуть чего лишнего. Но видно, золота было маловато, где-то прореха осталась, потому что я спросила:
- Где ты был?
- Дома.
- С кем? – полюбопытствовала я.
Он опешил.
- Как «с кем»? Сам. Подымайся, соня. Сегодня пятница, а не суббота. Раз ты сегодня проспала, поехали к твоим родителям. Сейчас Диме позвоню. А ты одевайся быстрее. Ещё в магазин заскочить надо. Не с пустыми же руками ехать.
- А к чему такая спешка?
- Ты же сама говорила, что хочешь маму до родов повидать.
Я собралась и мы поехали.
« Ладненько,- думала я,сидя в машине, пока Сергей ходил в магазин,- если он не хочет говорить, я тоже буду молчать. Потом само выплывет. Шило в мешке не утаишь."
Через два часа мы были на месте, это тебе не автобусом, с его остановками возле каждого столба. Мои родители были дома и ждали нас. Мама вся круглая и смешная потихоньку передвигалась по квартире, поэтому всю домашнюю работу взял на себя отец. Порядок в квартире, по-прежнему, был идеальный. Серёжка с отцом сразу смылись на кухню, решать свои какие-то мужские дела.
- Мам! Вот появится малыш и конец твоему порядку – сказала я, вспомнив, как меня гоняли за разбросанные игрушки.
-Ну и ладно. Потом приберём - весело ответила мать. Что-то в ней было не так и я, присмотревшись, поняла, что.
-Лена! – сказала я, подражая Сергею.- Да ты, у нас, конопатая, оказывается.
Мать засмеялась,
-Издержки беременности. После родов сойдут. Замазывать их бесполезно, все равно видны. Кожа светлая. Это ты в папу. Тебе такое не грозит, дочка. Как ты поживаешь?
-Страдаю – честно ответила я.
-А ты не страдай. А просто люби. Как мы с отцом. Да, папа?- обратилась она к зашедшему в комнату отцу.
Да, мама!- ответил он, обнимая её. – Пошли, мы уже стол накрыли, посидим немного.
Мы прошли на кухню. Сели. Было жарко. Я взяла стакан компота и начала пить. А Сергей вдруг встал и сказал:
-Лена, Дима! Я приехал просить руки вашей дочери. - При этих его словах компот у меня полился не туда. Я закашлялась, и жидкость стала выходить глазами, носом, ртом, и кажется ушами. А Сергей, заглядывая мне в глаза, и участливо хлопая по спине, продолжал:- Мы любим друг друга, и просим вашего родительского благословения. Мои родители уже встречались с Димой. Но, Лена, я хочу что бы и ты, как мать, дала своё согласие.