-Да я и знаю то, что все. Вроде бы прадеду, от его учителя досталась какая-то книга, не то богатства, не то колдовства. Воспользовавшись этой книгой, можно было получить власть, богатство и тэ дэ и тэ пэ. В общем, если тебе она попала в руки – ты царь и бог. Куда потом делась эта книга – никто не знает. Собственно говоря, в эту лабуду никто и не верил. Один Артемий повёлся. Что из этого вышло – ты сама знаешь.
- А ты веришь в существование этой книги?
-Да что я больной? Я знаю и верю в одно: что если нужны деньги, их надо заработать. А если любишь – то надо добиться своей любви. И без всякого колдовства. Колдовство – это вещь не надёжная. Не верю я во все эти фокусы и магию.
-А как же я?
-А ты у нас исключение. Знаешь, как говорят – в семье не без урода. Нет, ну ты не обижайся, это к слову пришлось.
- А я не обижаюсь. Между прочим, я до пятнадцати лет так и думала, что у меня какой-то сдвиг. Пока Зина, внушая мне каждый день то, что у меня просто по-другому устроены мозги, не изменила моё мнение. Ладно. Пошли завтракать. Я тебе сегодня доверяю своих гостей. Я на речку не пойду.
-Почему? А Сергей?
-А Сергей пошёл исполнять сыновий долг. Чего-то там с водой, у родителей, мать вечером звонила. А я приберусь немного и новую машинку испробую.
Когда мы вернулись на кухню, все были уже в сборе. Быстренько позавтракав, народ, прихватив приготовленные пакеты с бутербродами и бутылки с напитками, отправился купаться, обещая вернуться к обеду. Я, замкнула за ними калитку и чтобы не терять время, загрузила машинку и начала быстренько убираться. Дойдя до книжного шкафа, я вытащила, изуродованные мной, книги и отложила их. Потом быстро вытерла пыль и промыла полы. Машинка подала сигнал об окончании стирки. Я, заложив новую партию белья и развесив уже постиранное, схватила книги и помчалась в конец сада. Там я приметила у самого забора, поваленный ствол дерева, на котором хотела устроиться.
Убедившись в отсутствии пауков и всякой другой неприятности, я уселась, подстелив коврик, и занялась тщательным изучением книг.
Во-первых, я до мельчайших подробностей рассмотрела обложку дедовой книги – там ничего не было. Во-вторых, я досконально, листок за листочком пересмотрела вырванную середину книги. Я пыталась её читать по всякому: снизу вверх, задом наперед – безрезультатно. Я строчку за строчкой пересмотрела весь текст и пришла к выводу: ценность книги заключалась в спрятанной в ней карте. А карта была у меня. Только что бы её прочитать – где-то должна быть расшифровка. Зина не смогла мне подсказать, что это за место, и что за знаки изображены на листке. А Сергей так и не нашел время посмотреть.
Что же делать? В принципе, можно было выкинуть и забыть, но почему тогда из-за этой книги весь сыр-бор?
Я поднялась и собралась идти в дом, как вдруг почувствовала, что из-за калитки за мной кто-то наблюдает. Калитка со стороны леса была замкнута, чужой зайти не мог, поэтому я смело сказала:
-Ну, и что мы хорошего увидели, что стоим и прячемся?
Человек вышел из тени.
И только тогда я вспомнила, что не взяла у Саши телефон.
По ту сторону калитки стоял Артемий, по эту – я, и в доме никого. «Главное средство защиты – это нападение» - любил говорить Олег Станиславович. И я решила схитрить.
-Шаг за калитку – и я зову ребят – сказала я. Гонор с Артемия в больнице видно сбили, потому что он тихо сказал:
- Вероника, не надо. Прости меня за то, что случилось. Я поговорить хочу.
- О чём?
-О книге. Мне известно она у тебя и если бы ты знала, как ей воспользоваться, ты бы это сделала. Я бы мог помочь тебе. Ты одна из родни владеешь силой.
-Да хоть какая книга, как она выглядит и, что из себя, представляет? – уже не выдержала я.
-Книга толстая, чёрный переплёт, пожелтевшие страницы и слова вроде бы понятные, но в тоже время нет.
-Вы уверенны? Вы её хоть раз видели? Или это только ваше предположение?
-Я слышал, как дед описывал её. И находясь при смерти, он передал её Татьяне.
-Хорошо. Татьяна принесла мне книгу, которую ей завещал дед. Он передал её, запакованную в коричневую обёрточную бумагу, и просил, чтобы Таня ни в коем случае никогда не пользовалась ей. Она никогда её и не открывала. Открыла её я. Я не знаю, чем вам может помочь учебное пособие? Разве, что букинисты за него дали бы какие-то деньги, поскольку пособие довоенное и старое. Но после того, что я сделала с ним, оно теперь не стоит ни чего. Вот оно – и я показала ему разодранную книгу.
-Как – пособие? Какое пособие? Эта не та книга.