-Сейчас за это не жгут – успокоил меня Саня.
Короче, в течение дня, я поговорила с Денисом и всё выяснила. Мои друзья в недалёком будущем, собирались стать моими родственниками. Это меня устраивало. Раз мои гости были почти моей роднёй, их честно можно было "припахать", для помощи по дому. Чем я и воспользовалась. Позвав девчонок, я попросила их помочь мне убрать дом перед отъездом, поскольку в августе, когда мы приедем, будет не до этого. Подруги с радостью согласились.
Вечером я поделилась новостями с Серёжкой. Он, оказывается, тоже был не промах, потому что попросил парней помочь с уборкой двора.
что? – спросил Серёжа, - выяснила то, что хотела.
-Кое-что, я для себя уяснила. А вообще, нам с тобой надо по приезду определиться с датой и сообщить родителям. Подготовить всё, потому, что я многое поняла после разговора с твоей мамой, и не хочу портить этот день ни нам, ни родителям.
-Вероника, да что с тобой?
-Платье, значит платье, Серёжа. Не будем нарушать традиции, потому что для твоей мамы это очень важно.
-Значит, моя невеста на свадьбе не будет ни в джинсах, ни в халате?
- И не надейся.
- Мы пойдём и купим тебе самое красивое свадебное платье.
-Об этом тоже забудь. За платьем я пойду с девчонками. Ты его до самой церемонии не увидишь. И ещё, до отъезда я хочу поговорить с дедом – сказала я, открывая блокнот и вычёркивая пункт «если хочешь спросить – спроси». А завтра с утра, я хочу кое-что поискать, и ты можешь помочь мне в этом.
-Что именно?
- Не знаю. Серёжа, отец говорил, что дед очень хорошо к тебе относился. Ты при его жизни часто бывал здесь. Может быть ты слышал, видел или знаешь, не оставлял ли он каких либо записей, черновиков, что-нибудь для меня. Поверь это очень важно.
-Подожди, - сказал Серёжка, потом встал и вышел из спальни. Вскоре он вернулся с большой шкатулкой и положил её на кровать.
-Дед складывал сюда всё, что ему дорого. Здесь же и фотографии его сестры и тетради с записями. Я как-то видел мельком. Может здесь ты что-нибудь и найдёшь.
Я аккуратно открыла шкатулку. Сверху лежали фотографии. Но это были мои фотографии с рождения и до пятнадцати лет. Вероятно, моя тётка посылала их деду. Под фотографиями лежали тетради. Открыв первую, я обнаружила записку, написанную старческой, но крепкой рукой.
« Внучка, если к тебе попали эти тетради, значит, ты знаешь почти всё и знаешь кто ты. Здесь собраны рецепты отваров и снадобьев, которые пригодятся тебе в дальнейшем. Ты - Носительница Дара, а это ко многому обязывает. Помогай людям, чтобы в их жизни было больше света и радости, чем горя. Ни когда, ничего не бойся. То плохое, что ты увидишь, не коснется тебя. Я постарался поставить хорошую защиту.
Будут много говорить о книге. И хорошего и плохого. Но знай, камень, сам по себе просто камень, он не убьет никого и не сделает больно, пока не попадет в злые руки. Так и книга; она сама по себе просто книга, пока написанное в ней, не используют в злых целях. Не ищи её. Но если вдруг нечто подобное попадет в твои руки, постарайся избавиться от этого, используя огонь. Я потребовал от внуков держать в тайне твое рождение и пытался спрятать тебя от своего брата, пока он был жив. Но от Романовых мне тебя не спрятать. Все, что ты захочешь узнать, тебе расскажет Егорович. Бумага не сможет передать то, через что мне пришлось пройти. И нельзя описать наши семь кругов ада. Я немного расскажу о нашей семье.
Мне рано пришлось повзрослеть. Так вышло, что для своего брата и маленькой сестры я стал единственной опорой. Мой дар открылся в детстве. Я многое знал, и умел для своего возраста. Разные люди приходили за помощью. Я никогда не требовал платы, они оставляли сами, что хотели. На это мы и жили. Иногда эти пожертвования были очень щедрыми, иногда нет, но я ни кому не отказывал, памятуя, что настоящий знахарь денег не берет.
Во многом мне помогала Вероника – у нее был Дар ясновидения. Лишь наш брат не обладал никакими талантами. Как он не просил обучить его, но разве настоящему Дару обучишься. И брат пошел к деду Савелию, проситься в ученики. Дед на всю округу слыл колдуном. Старые люди считали, что он якшался с нечистым. А мы, молодые, думали, что у деда Савелия с головой было не все в порядке. Но, тем не менее, дед взял Степана в обучение. Дедов внук Сергей, предупредил меня об этом. Он дружил с моей сестрой, но вскоре их дружба переросла в любовь. Как же старику это было не по душе. Моя сестра пропала, не без участия, деда Савелия и своего брата. А много ли надо: заманить девчонку в лес и избавиться от нее. Когда я увидел лицо моего брата, то понял, что произошла трагедия. Веронику найти не могли. Но однажды во сне брат стал кричать и просить прощения у сестры. И тогда я просто отрекся от него. За содеянное не было прощения. Степан всю жизнь сгорал от какой-то непонятной болезни, общение с нечистым дорого ему обошлось. Мой непутёвый брат не мог и подумать, что раз призвав на помощь недобрые силы, сам будет служить им вечно. Любое слово, сказанное им в сердцах, оборачивалось бедой. Эта беда дважды коснулась меня: когда я потерял сестру и когда потерял детей. Поэтому твой отец и тётя хранили все, что касается тебя, в тайне.
Пройдет немного времени, ты вырастешь и научишься сама управлять своим Даром. Иди всегда по светлому пути, неси добро и радость, помогай по мере возможности и никогда не переходи на сторону зла, какие бы блага тебе там не
сулили. Всем сердцем любящий тебя дед Григорий, которого ты не знала».
-Ну? – вдруг в тишине раздался голос Сергея. – Что дальше делать будем?
Он, оказывается, вместе со мной читал записку. Мне понравилось это «будем». Значит, оставшуюся часть клубка мне не придется распутывать одной. Я прижалась к плечу любимого.
-Я не знаю, Серёжа. Но судя по моим записям в блокноте, и записке, оставленной дедом, книгу искать не рекомендуется. Дед даже настаивает на уничтожении её огнём. Короче, если книга попадает к нам в руки, она подлежит немедленному сожжению.
Я взяла с тумбочки блокнот и карандаш и обвела те пункты, где говорилось, что не всё утраченное нужно искать. Потом вспомнила про отпечаток браслета на моей руке и поставила жирную галочку возле соответствующего пункта.
-Я бы, с радостью, пошла и замучила вопросами твоего деда. Тем более разрешение от своего деда я получила. Но мне кажется, для такого случая надо выбрать подходящий момент.
-Сходим и замучаем – ответил Серёжка. – А теперь все коробки в сторону, все бумажки тоже. Будем спать и не встанем, пока не выспимся. А то я уже мечтаю о крепком хорошем сне без телефонных звонков.
-Тогда ставь телефон в беззвучный режим и ложимся. Я сама уже начала уставать от такого отдыха. Кстати. А где наши родственнички с гостями?
-Где-то шастают по деревне. Я, им выдал запасные ключи, чтобы зря нас не беспокоили. Так что пошли чего-нибудь пожуём и баиньки. А завтра утром решим, чем займёмся.
Я поплелась вслед за Сергеем на кухню. Пока он заваривал чай, я сделала по парочке горячих бутербродов. Поужинав, мы позвонили отцу. Папа уже был у мамы в палате и видел Шурика. Конечно, он немного по возмущался, за то, что я дала брату такое «не серьёзное, кошачье» имя, но потом успокоился.
Всё-таки «Александр Дмитриевич Исаев» – звучало солидно.
Уже засыпая, я услышала, как вошли Ириша с Денисом и разбредались по своим спальным местам.