- До чего ты любишь тянуть кота за хвост, Потапов, Ну говори, что надо. Ты же знаешь, что я тебе не откажу. Ты, наверное, и привез меня специально за этим сюда.
- Нет Ника! Я привез тебя отдохнуть – серьёзно сказал Макс. - А дело, вот какое. Ты не могла бы «посмотреть» одного паренька, у отца, в клинике. Отец уже извелся. Что только не делает, а улучшения не наступает. Дома за стол с родителями уже садиться невозможно. Они без конца обсуждают эту ситуацию.
- Макс! Ты нормальный? Как мы к твоему отцу, в клинику попадем, тем более в хирургическое отделение? Там же всё стерильно и под контролем. Это же все-таки больница, а не проходной двор.
Отец Макса, Игорь Ильич, был лечащим врачом, в хирургическом отделении института неотложной хирургии. И порядки, как я думала, там были строгие.
- Ника! Ха! Ты когда последний раз была в больнице? Я уже все придумал. Меня там знают. Послезавтра отец дежурит. Мы подъедем с тобой к нему. Зачем – придумаем. Выберем момент, ты заскочишь в палату, «посмотришь». Ну а потом по схеме: ты скажешь мне, я - отцу. Ведь жалко парня. Отец говорит, что тот, после операции, ни с кем даже разговаривать не хочет. Лежит с закрытыми глазами и молчит. Даже с родителями не общается.
- Ладно, Макс. Подумаем. Но чтоб об этом ни одна живая душа… Понятно.
Макс ни чего не ответил. Посидев немного, мы собрались и поехали назад. Сидя у него за спиной я думала о его словах.
Эх! Макс! Ты думаешь, так просто видеть чужое горе? Да я за свои видения и за то, что меняю ход событий и расплачиваюсь одиночеством и отсутствием личной жизни. И этим не поделишься ни с кем. Хотя спасибо тебе за то, что ты есть.
Что ты мой друг.
Новая неделя началась с урока философии. Я постаралась не опоздать на урок, и вместе с другими зашла в кабинет. Филин вышел и стал распинаться о китайской философии, мы усердно конспектировали. И тут он заметил меня.
- Кстати, Исаева, а как нас зовут?- опять съехидничал он.
«Вас не знаю, а меня Ника»- подумала я, но вслух сказала:- Вероника.
- А как переводится Ваше имя с латинского, с греческого языка?- решил достать меня Филин.
Я не знала. За столько лет привыкнув к своему имени, я не удосужилась посмотреть его перевод. Да он мне был и не нужен. Не «Горшком» же меня назвали.
- О чем можно говорить, если мы не знаем, что означают наши имена. Так вот, каждому дополнительное задание – расшифровка собственного имени, чем полнее, тем лучше - вынес он свой вердикт.
После пары мы вышли из кабинета.
- Какой же он нудный!- сказала я, имея в виду Филина.- В его возрасте уже пора быть добрым, а не заедать молодёжь.
- Ника!- засмеялась Ирина.- Какой у него там возраст. Он немного старше нас, институт недавно окончил. Я подозреваю, он и сейчас учится где-то. Присмотрись по внимательней.
- Ириш! Ты что, мне к нему ближе, чем на три мета подходить противопоказано. У нас же друг на друга аллергия со смертельным исходом. Он же опять какую-нибудь гадость придумает. Как он ещё происхождение фамилии не заставил нас искать – вырвалось у меня.
Первым делом, придя домой, я залезла в интернет, и, покопавшись в поисковике, прочитала: «Вероника – с латыни: истина, передающая изображение. А с греческого: Ника - победа».
Ну и что мне отвечать Философу на следующей неделе? Что, в соответствии со своим именем я рассказываю, то, что вижу. А вижу я будущее. После таких откровений меня точно ждет психушка. Может заодно происхождение своей фамилии и имени отца просмотреть, да заодно гороскоп на сто лет вперед составить? Кто знает, что ещё взбредёт ему в голову. Всё-таки, как хорошо, что Филина видим раз в неделю. Испортит настроение на первом уроке в понедельник, и всю неделю ходишь, восстанавливаешься. Чувствую, скоро придётся каждое воскресенье, с Максом, мотаться в лес. За здоровьем.
Во вторник, часов в шесть вечера, я ждала Макса на перекрестке, недалеко от дома. Макс подъехал, я села и через двадцать минут мы въезжали во двор клиники, где работал его отец. На пропускнике, бабушка Никитична, хорошо знавшая Макса, выдала нам халаты и бахилы и разрешила пройти к Игорю Ильичу в кабинет. Мы поднялись на третий этаж, и нам на встречу вышел отец Макса. Его срочно вызвали в приемный покой на консультацию.
- Ребята! Подождите меня в кабинете. Я скоро - сказал он и зашел в лифт.
- Ника! Как все удачно сложилось. И отцу объяснять ничего не надо. Палата находится напротив кабинета. Ты сейчас быстро зайди, «посмотри», а я постою возле палаты. Если что, скажем, что ты знаешь этого парня. Все остальное я беру на себя.