То, что Гаврик не из таких, она поняла сразу. Наверное потому, что высушенный как мумия, старичок сидел на одной из березовых веток, метрах в пяти от земли и что-то старательно выискивал в древесной коре.
Капу он увидел первым. Не торопясь обнаружить себя, он еще немного понаблюдал за странной, забредшей в самые дебри, старухой. Он видел как Капа, воровато оглянувшись, сняла очки, расслабленно выпрямилась, энергично повела плечами, сняла линялую, неопределенного цвета шляпку и, скомкав ее, засунула в карман видавшего виды пальто. Старуха бесцельно слонялась среди густых зарослей, явно наслаждаясь одиночеством. Она остановилась перед широким стволом поваленного дерева, преградившего путь. Опять оглянулась по сторонам, проверяя, нет ли кого рядом. Гаврик замер, наблюдая за старухой, уверенный, что она сейчас покряхтит недовольно и пойдет в обход. Но нет! Упершись одной рукой о зеленый, мшистый ствол, бабуля ловко подобрала ноги и одним прыжком перемахнула через поваленное дерево. Тогда, окончательно узрев, что старуха, как и он сам, не совсем обычная, Гаврик решил дать о себе знать.
- Дооообрый дееень, - проблеял он сверху.
И когда старуха, подняв голову, встретилась с ним взглядом, быстро собрал что-то в карманы ветровки, необычайно ловко спустился по стволу и, галантно склонившись, предстал перед Капой:
- Гавриил Романович.
- Державин? - наобум спросила Капа.
- Жеребятьев , - поправил старик, не меняя заинтересованного выражения лица.
И правда, что-то лошадиное было в его худой, длинной физиономии, во взгляде мутных, некогда карих глаз. Желтоватая, в синих прожилках капилляров, кожа обтягивала скулы, ввалившиеся щеки, непропорционально большую и тяжелую нижнюю челюсть. Тонкие, фиолетовые губы нервно подрагивали. Создавалось впечатление, будто Гавриил Романович вот-вот запрокинет седую, плешивую голову и, в осеннем воздухе парка раздастся лошадиное ржание. Но старик с интересом энтомолога продолжал смотреть на Капу и в глазах его висел вопрос.
- Капиталина Николаевна, - тихо представилась старуха.
- Оооочень приятно, - Гаврик вдруг широко улыбнулся, обнажив крупные серо-желтые зубы, и, запустив руку в карман, извлек на свет горсть мелких красно-черных жучков, - Испробуйте сударыня, по осени у них просто необыкновенный вкус.
Капа присмотрелась, в протянутой перед ней стариковской ладони насекомые лежали вповалку, вяло перебирая конечностями. Наверное что-то гадливое промелькнуло в выражении её лица, потому как старик горячо заверил:
-Нет-нет, не побрезгуйте, это клоп-солдатик, латинское название..., - Гаврик закатил глаза и всхрапнул, - вспомнил! Pyrrhocoris apterus . Прошу! Они перед зимовкой самые сочные.
Приглашая Капу продегустировать, он взял одного и хрустнув хитином, будто кожурой от семечек, разжевал содержимое, демонстрируя наслаждение несколько утрировано. Старуха стояла в замешательстве, не зная как реагировать на странного знакомца. Она никак не ожидала,что историческая встреча будет такой. Сонных жучков пробовать не хотелось, поэтому Капа лишь покачала головой и спросила:
- А есть еще такие?
Гаврик живенько закивал и, спрятав клопов в карман, указал рукой на толстый, многолетний ковер из опавших листьев:
- В прошлогодней листве много личинок белокрылки и жука-носорога, но я не рекомендую, - старичок поморщился с видом знатока,- лето было сухое, жаркое, уж очень сильно горчат окаянные.
- Да я не о том. Я о нас с вами... Вы встречали еще таких?
Гаврик напряженно задумался, водя выпученными глазами из стороны в сторону, потом, растопырив ноздри, шумно выдохнул и сказал:
- Сложно сказать, пару раз наталкивался на нечто подобное, но тогда было как-то не очевидно, и я не рискнул знакомиться. А вот вас, Капочка, повстречал и все сомнения разом отпали.
- Отчего ж это? - спросила старуха.
Гаврик наклонил голову и с озорным прищуром уставился на Капу:
- Вы другая, это видно невооруженным глазом.
«Какой ужас!» , - испугалась Капа, - «Вот тебе и маскировочка».
Она развернулась и, не попрощавшись, скорым шагом пошла обратно.
- Приходите еще, сударыня, я тут каждый день бываю, - крикнул ей вдогонку Гаврик.
глава 3
Собственная квартирка встретила Капу давящей, напряженной тишиной. Нет, одиночество, став единственным спутником последних десятилетий, уже давно не угнетало ее. Но вот конкретно сегодня, ватное, непроницаемое беззвучие, в котором тонул звук капающей воды из кухни, неприятно подействовало на старуху .