Выбрать главу

– Кто идет? – донеслось из темноты.

– Я! – спокойно и надменно проговорил Виктор. – Узнаешь меня, любезный?

Свет фонаря стражника осветил красивое и породистое лицо Виктора, ставшее невероятно похожим на парадные портреты Людовика XV. И стражник не устоял:

– Король?.. – ахнул он почти со страхом и попятился, освобождая дорогу. – Не может быть…

– Может! – надменно протянул Виктор и вдруг неуловимым движением ударил стражника. Тот охнул, сложился пополам и покатился по каменным плитам подземелья.

– Ну, как ты бьешь? – встряла Варвара. – Неправильно группируешь пальцы. Опять небось поранился?

Виктор хмыкнул:

– Ничего! До свадьбы заживет!

– Скорее! – поторопил мажордом. – И так вы весь дом переполошили. Не дай Бог, разбудили хозяйку…

Старик почти побежал, петляя по темным закоулкам. Под ногами захлюпала грязь – видно, в этих местах уже не убирали.

– Сейчас! – уже кричал мажордом. – Сейчас! Его руки уперлись в железную решетку:

– Это наша дьяволица велела все тут перегородить…

Мажордом поспешно начал отпирать одну решетку за другой. Пальцы дрожали, ключи не всовывались в старые замки. Потеряв терпение, старик закричал:

– Гастон! Гастон!

В ответ издалека раздался жалобный стон. И Виктор, не выдержав, закричал тоже:

– Соня!

Эхо отдалось в подземелье.

– Гастон! Соня! – заорала басом Варя.

И снова раздался стон. Только на этот раз еще более жалобный – почти детский.

– Соня, я здесь! – в ужасе заорал Виктор.

– Гастон, я иду! – вторила ему Варя.

Двое русских накинулись на решетки, словно дикие медведи. Они рвали их руками, кричала что-то невообразимое. И сквозь весь этот ужасный скрежет и рев донесся тоненький голосок:

– Ви-и-ктор!

Грандов налег на решетку, та треснула, но не поддалась. Мажордом трясущимися рукам наконец-то вставил ключ. Решетчатая дверь распахнулась. Фонарь осветил скрюченного на полу человека. Варя бросилась к нему:

– Гастон!

Но тот только стонал. Но ведь раз стонал – значит, был жив!

Мажордом кинулся к нему:

– Сынок!

И тут Грандов увидел Соню. Она стояла за еще одной решеткой и, дрожа всем телом, тянула к нему руки:

– Виктор! Я уже отчаялась!..

– Я слышал тебя! Я здесь! – Виктор схватил ее тонкие пальцы. – Я сейчас разогну эту дрянь!

Он схватился за решетку и потянул ее прутья в разные стороны. Пальцы его побелели, вены на руках вздулись от нечеловеческого напряжения. Прутья загудели и слегка разошлись. Но Сони хватило и этого – она же была тонка, как пушинка.

Но тут чья-то цепкая рука схватила ее за плечо:

– Стой, подлая!

Невесть откуда взявшаяся гранд-маман ухватила ее за кацавейку и потащила назад. Видно, старуха все-таки услышала шум и отправилась в свою тайную лабораторию. И, не найдя там девушку, ринулась искать ее в подземелье.

– Нет, ты не уйдешь от меня! – орала гранд-маман. – Не для того я столько лет искала тебя. Ждала, убивала и калечила! Отпусти ее, Виктор!

Но Виктор тянул Соню к себе.

– Отпусти! Ты можешь найти другую. А мне нужна именно эта девчонка! Я стара, мне нужно помолодеть! – безумно выла гранд-маман.

Соня закричала в панике. Ей показалось, что эти двое сейчас разорвут ее на части. И вдруг гранд-маман с диким визгом впилась зубами в руку девушки. Соня заорала благим матом. Кровопийца оторвалась на секунду, чтобы глотнуть крови.

И тогда Варвара, бросив Гастона, изо всех сил стукнула ведьму кулаком прямо через решетку. Гранд-маман на секунду ослабила хватку. Виктор дернул изо всех сил. Соня проскользнула сквозь прутья решетки и упала на руки Виктора, потеряв сознание.

И вот тогда старуха ринулась сквозь решетку, но прутья уже сомкнулись, и ведьма застряла, словно в огромном капкане.

– Помоги мне, Филипп! – закричала она.

Мажордом вздрогнул, как от удара.

– Помоги! – молила бывшая возлюбленная. – Во имя нашей любви!

Старик вздрогнул и сделал шаг, но тут Варвара схватила его за руку:

– Не смей!

Мажордом не понял по-русски, но взгляд его упал на Гастона, стонущего на полу.

– Дьяволица! – выплюнул старик. – Сдохни, отродье сатаны!

Но гранд-маман не собиралась сдаваться:

– Мальчик мой, мой наследник! – Ее цепкие пальцы потянулись к Виктору. – Меня же раздавит!

Варвара ахнула: а ну как кровь – не водица? Она снова оторвалась от Гастона, готовая прыгнуть на брата, если он вздумает помочь этой ведьме.

Но Виктор только закрыл глаза. У него на руках лежала Соня, которую надо было спасать. Неужто он бросит ее и станет помогать этой сволочной старухе?!

И тут вдруг раздался странный и резкий звук. Один из прутьев решетки лопнул от напряжения и вошел в бок старухи. Раздался нечеловеческий вопль. Судьба наколола гранд-маман на свою иглу, словно бабочку на булавку… Ночную бабочку…

26

СТИХИ В ЧЕСТЬ ВАРВАРЫ

Версаль, февраль 1876

Та же ночь

Соню и Гастона перенесли в дом и уложили спать. Врача решили не звать – слухи никому не нужны. Виктор сам осмотрел Гастона, он-то отлично знал, какие повреждения могут быть у того, кто упал с высоты. В своих странствиях он сталкивался и не с такими травмами.

Слава Богу, у юноши ничего существенного не обнаружилось. Разрывов внутренностей не было. Гастон оказался редким везунчиком – у него даже сотрясение мозга оказалось легким".

– Полежит недельку в постели, отоспится и станет, как новенький! – пошутил Грандов.

Действительно, напичканный снадобьями из манчжурской аптечки Виктора, Гастон довольно спокойно заснул, держа в руке подрагивающие пальцы Вари. Девушка, бесстрашно сражающаяся еще пару часов назад, теперь беззвучно плакала, глядя на обретенного возлюбленного, и в сотый, но последний раз давала себе слово:

– Никогда не ссориться, никогда не расставаться! Хочет писать стихи, пусть пишет. Хочет жить во Франции, я перееду сюда. Я даже язык выучу. Лишь бы он поправился!

Мажордом приободрился. Если Гастон выжил после падения, то теперь точно поправится. Потом они поговорят. Отец покается. Бывает ведь не только блудные сыновья, но и блудные отцы. Но ведь Господь велел прощать!..

Сейчас главным было – не допустить шума вокруг случившегося. А значит, предстояло действовать быстро и напористо. Никто не должен знать, что за дела творились в этом доме.

Слугам за молчание были пожалованы кругленькие суммы денег. О гостях из России они должны были говорить только то, что те – родственники хозяйки и прибыли по ее приглашению.

Стражник, очнувшийся под дверью в подземелье, был отправлен в собственное жилище, благо то было неподалеку. В кошельке у него лежало некое возмещение ущерба – бумаги государственного займа на кругленькую сумму.

На правах управляющего мажордом известил жандармерию о неожиданной трагедии. Местные стражи порядка были уведомлены о том, что хозяйка дома отправилась в подвал, но заплутала. Хотела пролезть через решетку, поставленную от воров, но случилась ужасное…

Тайную лабораторию жандармам не показали. Незачем им знать, что почтенная мадам Гранде занималась странными химическими опытами. Мало ли какие могут пойти пересуды…

Жандармы походили, ежась, по подземелью, похлопали себя по карманам, куда умелый мажордом предусмотрительно положил по несколько бумаг Государственного банка на предъявителя, и подтвердили, что тут не только слабой женщине, но и сметливому мужчине заблудиться не грех. Горестно повздыхав, они отправились в участок составлять протокол осмотра места происшествия. Вердикт был прост – «несчастный случай».

Уходя, они посоветовали Виктору побыстрее посетить семейного нотариуса для установления своих прав вступления в наследство. И никого не удивило, что Грандову-Гранде, обладающему огромным наследством в далекой России, досталось еще и богатейшее наследство во Франции. Известно же: деньги – к деньгам!

После ухода жандармов Виктор поспешил к Соне. Девушка встретила его, взволнованно ломая пальцы. Грандов испугался: