Повисла тишина, если гул винтов можно было назвать тишиной.
- Как это, рукотворно? – подал голос ошеломленный Коля.
- Руками человека, дружочек мой. Лучи – прямые и вертикальные – могут сотворить только люди.
Он поднял палец, подводя итог:
- А, поскольку, никакие учёные организации или разработки аэрологии нам в этом участке неизвестны, то остаётся только два вывода. Легенда говорит либо о какой-нибудь секретной базе..
- Либо? – подалась вперёд Ирина.
- Либо о внеземных технологиях.
Профессор умолк, выждав эффектную паузу:
- Но, так как легенды о вертикальных лучах, вырывающихся из вершины «1969» возникли задолго до появления электричества на планете, то отпадают и секретные базы.
- Выходит… - едва не поперхнулся Коля.
- Выходит, - закончил за него Анатолий, впервые дополнив профессора, - что легенда говорит нам… - он подмигнул младшему другу, - о чужеродном РАЗУМЕ.
- О ком… о чём? – поперхнулся Коля. – Ты хочешь сказать, о… об инопланетянах? Так что ли?
- Выходит, так. Нашему земному разуму такие технологии ещё недоступны, чтобы целый горный отрог подвергался непонятному излучению. Искусственному, причём, - добавил он после паузы.
После этих слов до самого приземления в салоне вертолёта не было произнесено ни слова. Будто гипноз овладел сразу всеми участниками похода. Ни мыслей, ни чувств, ни желаний – сплошная пустота. Вертолёт, казалось, провалился в иное измерение, настолько всё было пусто и расплывчато за иллюминаторами.
А когда совершили посадку, раскинули лагерь и переночевали, все шестеро пришли в норму, начисто забыв, какая непонятная нега сковала их в полёте. Веяние странного гипноза улетучилось, растворилось в горном воздухе, будто его и не было.
Оставив внизу Ирину с Бурцевым, четверо геологов отправились к вершине «1969». Рассвет принёс с собой ухудшение погоды. Низкие облака закрыли горы, усилился ветер. Тем не менее решили подниматься.
И вот теперь они взбираются к расщелине, перед которой обрывалась последняя звериная тропа.
Обрывалась резко, не уходя и не виляя в стороны. Следы заканчивались внезапно, словно кто-то невидимый взял и обрезал ножницами под прямым углом.
Прохор шёл первым, Коля за ним, следом поспевал Дмитрий Сергеевич, замыкал связку Анатолий Рыбаков.
…И это было только началом их восхождения.
********
Глава 2-я.
1986 год.
Расщелина безымянной вершины под индексом «1969».
Точное время установлено: 20 часов 18 минут.
Именно на этой отметке времени у всех остановились часы.
- Вот те на… - первым заметил Коля, взглянув на циферблат. – У меня у одного стоят?
Профессор с Рыбаком сверились, нисколько не удивившись.
- Этого и стоило ожидать, - заявил Прохор. – Помните рассказы очевидцев восхождения? Возможно, и компасы сейчас не работают.
- Верно, - спустя секунду, проверил Коля.
- Мой тоже, - кивнул Рыбак.
Они остановились у выступа скалы, круто уходящей вверх. Могучими каменными монолитами над ними нависали зубья пиков, устремлявшихся в высоту. Небо было свинцовым, набухшим от туч. Облака над головой сгущались, превращаясь в серебристый туман, из которого, как из мешка, сеялась снежная крупа. Ближайшие камни приобретали расплывчатые силуэты: приходилось рассчитывать на природное чутье Прохора, с детских лет посещавшего эти места, но ещё ни разу не поднимавшегося к безымянной вершине. Клубящийся мрак постепенно окутывал скалы со всех сторон.
- Сначала оборвалась звериная тропа, последняя в этом месте, - подытожил Анатолий. – Теперь часы и компасы. Что дальше?
- А дальше, друг мой, - назидательно напомнил Коля, - нам нужно вон к тому уступу, - указал он рукой чуть вправо. - Там и заночуем. Я прав, Дмитрий Сергеевич? Мы же именно ту каменистую площадку наметили, верно?
- Да. Ещё пара десятков метров и разожжём костёр. Твоя задача, Коля - топливо для огня. Прохор с Толиком растянут две палатки, а я переговорю пока по рации с нашими внизу.
- Бурцев не наш, - недовольно пробурчал Коля, никак не смирившийся с поведением подозрительного геодезиста. У бедного парня щемило сердце от мысли, что там внизу его Иришка.
- Можно и мне с ней пару слов? Я только спрошу, не пристаёт к ней этот паршивец?
- Зачем ты так о человеке, тем более, старшем тебя по возрасту? – укорил профессор. – Вот растянем палатки, разведём огонь, тогда и поговоришь. Дочка, повторяю, в обиду себя не даст. К тому же, Анатолий недвусмысленно предупредил Константина, чтобы не давал волю рукам.