— Барра! — Пако возвращает к себе внимание — Ассист!
И ещё над одним гоблином появляется метка.
Здесь я сачканул. Моб был на стороне ребят, мне, чтобы его достать, пришлось-бы поперёк Пако сунуться. А когда там такой молот носится, раздавая плюхи, можно и под «френдли файер» попасть. Так что сунул я пару раз противнику со своей стороны, заодно ранс накинув. И конечно, гоблин бросил прежнюю цель и нацелился своими железяками на меня.
«Вы получили 57 урона.»
Нахер, нахер! Делаю пару шагов назад, невольно оголяя бок «танка».
Но гоблин не обращает внимания на мою ошибку. Его глаза, наполненные багровым огнём, поверх круглого щита, укреплённого костяными пластинами, так и сверлят меня взглядом. Аж ступор накатил на миг. Показалось, реальное живое существо передо мной и его цель дорваться до меня, моей жизни, моей плоти. По спине пробегает холодок. Блин, да мне просто страшно! Кажется, в этом мире остался только я и эти глаза, обещающие смерть долгую и кровавую.
— Шульц! Влево! — пробивается сквозь глухоту.
На автомате шагаю влево и тут-же голова гоблина взрывается. Глаза, оскалённые клыки, всё растворяется во внезапно вспухшем костяном облаке. Только осколки во все стороны полетели.
Наваждение тотчас спадает. Я ещё успеваю ткнуть падающее тело стилетом, забирая законную добычу.
— Навались! — копьё бессильно бьёт в щит- Барра!
Блин, они не заканчиваются!
Стоим первой линией обороны, а на нас прёт ещё с десяток гоблинов. Особенно вон тот, в центре, мне не нравится. Здоровенный, ну для гоблина, чуть ли не мне ровня, с палицей в руках. Палица тоже здоровая, железная. Ой, кому-то сейчас прилетит…
Прилетело всем. Вдруг из-за спин нежити вылетело несколько черепов и, оставляя дымный след, устремились к нам.
— Это че…- только и успел брякнуть Пако как черепа взвыли.
«На вас наложен эффект „Проклятье Датайя“.
Вы обездвижены. Длительность 3 секунды. Эффект не отражается, не снимается.
Вы теряете 5 ХП в секунду. Длительность 15 секунд.»
Это всё я как раз за эти три секунды прочитать и успел.
Ещё успею заметить, как у нас в группе повисли на всех иконки «стана». Какой хреновый дебаф, и главное, редкий. Ультимативный. Не отразить его, ни очиститься. Только терпеть и верить в «танка».
А у него дела резко-резко не заладились. Эти черепа вонзились точно в Пако, окутав фигуру «танка» буро-серым коконом. И лишь кровь брызнула из-под доспехов, разбавив эту хмарь. И полоска жизни быстро так вниз поползла.
— Шаман! Комар, го! — а это первым успел среагировать Падрэ.
Я даже не пытаюсь рассмотреть, что и как там дела у остальных. Мне и своих проблем хватает.
Вот они, проблемы. Сразу две. Приземистый, да ещё и пригнувшийся, гоблин, в рваных кожаных доспехах, с ятаганом в руке. Второй рукой опирается об пол, двигается рывками, подволакивая ногу. И рядом с ним ещё один, с небольшим круглым щитом и топором. Этот идёт прямо, но выглядит ещё отвратнее. Видимо, сожрал его кто-то типа того проглота. Ни доспехов, ничего, только тушка, покрытая язвами, как будто в кислоту окунули. И это всё ко мне ковыляет. Именно ко мне, я это абсолютно точно понимаю.
— Барра! — раскатывается под сводами ратуши, но хрен там, нежить даже с шага не сбилась. А их осталось максимум десятка полтора, и эта вся толпа нас захлестнёт.
— Подвинься! — меня беззастенчиво оттирают в сторону- Ох, не хотел я! Видит Бог!
Навстречу нежити рванула стена пламени.
— Вы чего творите! — взлетел вверх вопль Комара.
— Я пустой! — Молот, только что запустивший эту огненную стену, отступает, уступая мне место.
— Банки! Мили, держите их!
Да блин! Он и так был не красавец, а тут ещё и обгорел!
Мёртвый гоблин, тот, что в кислоте купался, вываливается из огня первым. Выглядя куском дымящегося, отвратного мяса. И щеголяя полоской жизни, плещущейся в красном секторе.
Стрела опрокидывает его обратно в огонь. Полоска моргает и сереет.
А через миг нечто вылетает из пламени. Гоблин, весь как горящий факел, в самоубийственном прыжке взмыл под самый потолок. В верхней точке произошло сразу два события. Стрела вонзается ему точно в грудь, сбивая с траектории. Копьё, запущенное гоблином, находит Пако.
Млин! Копьё пробивает «танка» насквозь. Из спины высовывается окровавленный наконечник. Как?! Там-же доспех, там жизни немеряно!
— Хил! — вопль Пако- Крит, ля!
И, окружённый рунами, освещенный столбом излечения, делает рывок вперёд.
— Н-на, тварь! — и молот бьёт приземлившегося мертвеца точно в лоб, выбивая из него последние крохи нежизни.