— Вот и хорошо. Сейчас рысью вон в тот угол, там две колонныы рядом, хоть как-то бока нам прикроют. Дальше стоим там как панфиловцы. Тоесть насмерть.
— Так-то нас просто восемь. — продолжает слегка глумиться над бафером кендер- Но стоять будем как все двадцать восемь.
Блес только покосился на разговорившегося Руфуса, да рукой махнул. Толи «иди нахер», толи «в атаку». Пако воспринял как второе и тотчас двинулся к боссу.
Шаман, до этого момента сидевший спокойно на своём троне, тотчас встрепенулся.
Его длинный, смахивающий на баклажан, несколько раз дёрнулся, сморщился, втянул в себя с силой подвальный воздух.
— Живые! — и в следующий момент гоблин чихнул. От души, громогласно, с соплями, разлетающимися во все стороны.
— Капец, блин! У разрабов вобще границ нет? Зачем такая мерзость?! — вырывается у нашей гномки, продолжающей, однако, семенить на заранее обозначенную позицию.
И здесь я с ней совершенно согласен. Что это вообще такое?!
Босс совершенно не обращает внимание на медленно приближающегося «танка». Сидит на троне, сопли размазывает, вон на пол плюнул.
— Эй, а где угрозы? — Пако тоже в недоумении- Чего, ни плоти живой пожрать, ни косточки обглодать? Не хочешь что-ли? Кровушки хоть попить?
— Я? — гоблин фокусирует взгляд на наглеце- Я нет.
Бо-о-ом! Бо-о-ом! — прокатывается по залу.
— А они да!
Откуда-то из-под пола вырываются белесые тени и в секунду облепляют «танка».
— Барра!
С ужасом вижу, как опустошается бар его жизни.
Как в этот момент, момент первого, неожиданного и оттого страшного, удара, Пако выжил, я так и не понял. Видимо звёзды сошлись. Тут и хил своевременный и бафы, щедро наложенные. Вообщем, вытащили нашего метросексуала с самого края. Правда, половина призраков после этого к нам рванула. А точнее к Снежке и Рыжику, что щедро, не задумываясь, кинулись отлечивать Пако.
Раззявленные в немом крике пасти, прижизненные увечья- к нам стремительно приближались призраки погибших некогда гоблинов.
— Пако! Отступай! — блин, по расчётам он должен был успеть к нам вернуться!
Пако пятится в нашу строну, отмахиваясь от нападающих призраков. А через пару секунд мне становится не до изучения диспозиции.
Приходится вступать в бой. Причём в роли «танка». Пара ударов наотмашь и вот уже два призрака танцуют передо мной, пытаясь добраться до моей тушки.
«Вы получили 78 урона.»
Дотянулись, блин!
Дальше всё внимание только этих призрачным тварям. Удар, второй, третий. «Улу-мару» порхает как бабочка, жалит как пчела. Плечом к плечу со мной рядом рубятся Руфус и Снежка. Причём их удары оставляют ясно различимые следы своих метких попаданий, а вот моя палица будто в желе бьёт. Из всех достоинств только что агр исправно срабатывает.
Клич Пако совсем рядом и мобы резко теряют интерес ко мне. А я не настаиваю, придерживая удар.
Вот Пако стоит на острие нашего клина. Вот возникает из скрыта тихушник, всаживающий клинки призраку в спину. Поверх моего плеча кто-то из обладателей маны шарахнул чем-то убойным. Таким что одного из гоблинов буквально на клочки разметало прямо передо мной.
— Хил! — кендера сносят с ног, опрокидывая навзничь. Моментально в грудь ему втыкается призрачный клинок.
— Будь как дома, путник! — «улу-мару» отпружинивает от черепа того успешного гоблина, что на моих глазах пытается прикончить Руфуса. Чёрные провалы глазниц тотчас дёргаются в мою сторону.
— Я ни в чём не откажу! — летит стилет, нанося свою вечную единицу урона.
— Я ни в чём не откажу! Хэй! Барра!
Опять грохот и снова разлетается по сторонам призрачная плоть. Маги не дремлют.
Молот встаёт со мной плечом к плечу и в сторону призраков с его рук срывается поток пламени.
Блин, да он маньяк! Точнее, пироманьяк!
Хрен знает как там у него захват лица настроен, но тут игровой аватар сейчас выглядит чуть-ли не страшнее гоблинских харь. Перекошенное лицо, зубы оскалены, глаза в кучу, весь трясётся. И нежить выжигает он с явным наслаждением.
— Съел?! — маг демонстрирует боссу сразу два средних пальца.
— Пипец. Ещё у одного кукуха отъехала. — вырывается у меня.
— Какой горячий людь. — причмокивает шаман, спускаясь с трона- Вкусный печень будь.
Бо-о-ом! Бо-о-ом!
Теперь перед нами новый противник.
Два здоровенных мёртвых, начавших разлагаться, но снова призванных в бой, кабанов. И три гоблина, кардинально отличающихся, от тех призраков, что были только что. Эти здоровее раза в два и во плоти. Точнее в иссохшей плоти, замотанной грязными старыми бинтами.