Повернувшись в сторону Александрин, он охватил ее голодным взглядом. Кажется, пришла пора отведать главное блюдо.
- Раздевайся! – скомандовал он.
Парализованная страхом, девушка стояла, боясь пошевелиться, лишь слабо покачав головой в знак протеста.
- Ну что ж, так будет даже забавней, – зловеще произнес он, надвигаясь на Алекс.
Она сделала шаг назад, сильней качая головой. Непослушными губами она смогла прошептать только:
- Нет, не надо, я не хочу.
- Не хочу? Да кто же тебя будет спрашивать? Ты моя жена и обязана мне подчиниться, – произнес Ардвэр, еще больше злясь.
Он резко шагнул к ней, хватая за ворот платья и одним движением разорвав его у нее на груди. Александрин вскрикнула, пытаясь удержать разорванную материю, предательски соскальзывающую с ее плеч и груди.
- Прошу вас, граф, остановитесь, – молила она.
- Ах, ты так, тогда пеняй на себя! – прошипел Ардвэр, замахиваясь на нее для удара.
Вот сейчас и настанет ее конец. Уж лучше так, чем позволить этому ничтожеству касаться себя.
- Лучше сразу убей меня, мерзавец, потому что просто так, я не сдамся, – зашипела вдруг осмелевшая девушка. – И знай, я полюбила другого мужчину и с радостью дарила ему свою любовь и тело.
Она злила его умышленно, надеясь, что прежде чем овладеть ей, он от злости убьет ее. Александрин была готова драться до конца, пока еще были силы, пока она еще была жива.
Ардвэр разозлился настолько, что у него зашумело в ушах. Он готов был убить ее, ведь право первой ночи принадлежало ему. Он должен решать, с кем ей спать. Он любил губить девственниц, видеть, как они корчатся от боли, когда он разрывал их на части своим членом. Видеть их страдания, слезы, - все это доставляло ему несравнимое удовольствие, которого она лишила его. Но ничего, он найдет способ доставить ей страданий, чтобы она кричала в агонии, от боли, что он ей принесет. Со временем он научит ее получать от этого удовольствие, но сейчас он хотел наказать ее. Шагнув снова к непокорной невесте, он наотмашь ударил ее по лицу так, что Алекс отлетела на пол, ударившись плечом об угол стола. Злорадно ухмыляясь, он шагнул к ней, чтобы преподнести урок, который она забудет не скоро.
Он встал, нависая над оглушенной девушкой, занеся уже руку для следующего удара, как вдруг его качнуло. В голове нарастал шум, перед глазами все поплыло. Он сделал шаг назад, тряся головой, в надежде, что сейчас все проясниться. Александрин в ужасе смотрела на него, ожидая, что он сделает дальше, но Ардвэр, казалось, забыл о ней. Он метался по комнате, тряся головой словно сумасшедший. Затем он начал задыхаться, схватившись за горло, он царапал его, словно хотел сделать заветный вздох. С выпученными глазами Ардвэр метнулся к столу с вином. В попытке сделать глоток он вцепился скрюченными пальцами в бокал, но, так и не донеся его до рта, упал замертво.
Александрин, завывая от ужаса, обливаясь горючими слезами, сидела на полу, придерживая разорванное платье рукой. Она боялась пошевелиться или произнести хоть слово. Открыв рот, она все же прохрипела:
- Марта, – рыдания душили ее, и, собрав остатки сил, она еще раз крикнула: – Марта!
Дверь открылась ту же секунду, как будто верная кормилица уже стояла за дверью и только и ждала, когда ее позовут. Оглядев комнату, Марта, тихо притворив дверь, подошла к Ардвэру проверить его дыханье и пульс. Не обнаружив ни того, ни другого, она, не глядя на Александрин, снова подошла к двери и что-то тихо произнесла, обращаясь к невидимому собеседнику. Когда она открыла дверь шире, Алекс с ужасом и неверием смотрела, как в комнату входят с непроницаемыми лицами Эрик и Мерида, плотно закрывая за собой дверь. Стараясь не смотреть в сторону несчастной принцессы, они начали бурную деятельность, приводя комнату в порядок.