Алекс снова ревела, теперь от облегчения. Эти люди любили ее и шли на такие жертвы ради нее, она не может их подвести. Поднявшись с колен, она осмотрела творение рук Эрика и Мериды. Они разложили труп Ардвэра на кровати в вольготной позе, одну руку закинув за голову, вторую -положив на живот. Левая нога чуть согнута в колене, как будто он прилег отдохнуть после плотских утех. Рубашку на груди расстегнули. Эрик, развязав его штаны, брезгливо достал член графа, положив сверху на гульфик. Женщины смущенно отвернулись, чтобы не видеть сей картины. Вся комната была приведена в порядок. Столик, который уронила Александрин, когда падала, поставили на место, аккуратно расставив там посуду. Лишь кровать была вся смята и свезена, как будто на ней боролись.
В дверь тихо постучались. Мерида осторожно подошла к ней. Приоткрыв ее, пропустила одну из служанок, которая тихонько вошла в комнату. В фартуке у нее была завернута склянка.
- Принесла? – нетерпеливо спросила Мерида.
- Все как заказывали, свежая, – с хитрой усмешкой прошептала девушка, бросая презрительные взгляды в сторону Ардвэра.
- Простите, принцесса, что задержалась, но лорд Дэшвуд очень вынослив и не сразу меня отпустил, – извинилась девушка перед ничего не понимающей Александрин. – Мы все надеемся, что вы будете счастливы и проживете долгую, полную радости жизнь. Честь для меня - служить вам.
С этими загадочными словами она выскользнула за дверь.
- Что это? – осторожно спросила Алекс.
- Гм… семя лорда Дэшвуда, полагаю, – смущенно произнесла Мерида, передавая пузырек Эрику. – Чтобы все выглядело достоверно.
Александрин смотрела, как Эрик выдавливает семя на член и ноги Ардвэра.
- О Боже! – пропищала она, с трудом подавляя рвотный рефлекс. – Эрик, оставьте немного мне, чтобы испачкать платье, – отворачиваясь, с трудом, прошептала ошеломленная Алекс.
Когда все приготовления были завершены, все собрались у двери, чтобы еще раз проверить свой план. Александрин повторяла все, что она должна будет сделать.
- Да хранит нас всех Господь! – прошептала взволнованная Мерида.
- И еще одно, – осторожно сказала Марта, пристально рассматривая лицо принцессы. – Никто не поверит, что он избил тебя, у тебя только губа слегка разбита. Эрик, ты должен ее ударить.
Эрик замотал головой, открещиваясь. Разве мог он поднять руку на свою принцессу. Он начал пятиться назад, прося пощадить его, и, как Марта не пыталась убедить его, он напрочь отказывался. Видя, что так дело не сдвинется, Александрин подошла к нему, ласково взяла за руку и умоляюще посмотрев в глаза, прошептала:
- Эрик, вы должны, – он снова покачал головой. – Да, должны, это нужно всем нам. Иначе все это было напрасно, все эти жертвы, мои, ваши, ваших дочерей. Я клянусь, что не затаю на вас зла. Спасите нас, Эрик.
Он посмотрел на нее несчастными глазами и со словами «Простите, моя госпожа» ударил ее по щеке. Голова Алекс дернулась, в ушах зашумело. Она смело подняла голову и, глядя на старосту, произнесла:
- Ударьте сильней.
Со слезами на глазах он размахнулся и ударил ее по лицу. Алекс упала, но поднявшись вновь, ждала следующего удара. Когда из носа и разбитой губы полилась кровь, она поднесла руку к лицу и потрогала его. На ее пальцах повисли капельки ее крови, она, с трудом улыбнувшись несчастному мужчине, приподняла юбку и размазала кровь по ногам.
- Моя девочка, – гордо сказала Марта, поняв задумку принцессы.
- Ну, я же девственница, он так об этом мечтал, – с дьявольской улыбкой на непослушных губах произнесла Алекс.
Осмотрев Александрин, Марта подошла к ней и, вцепившись в руку когтями, прочертила кровавую полосу, от чего девушка зашипела, но взгляда не отвела.
- Теперь все, – резюмировала Марта. – Ты готова. Ничего не забудь, и завтра все будет закончено.
С этими словами троица заговорщиков выскользнула за дверь. Александрин огляделась, теперь, когда адреналин стал спадать, тело начало ломить, и здорово саднила губа. Не желая пока ложиться рядом с Ардвэром, она дорвала подол платья, чтобы были видны пятна крови, расцарапала ногу для верности и разлохматила волосы, будто ее таскали за них по полу. Поняв, что больше уже ничего сделать не сможет, она тихонько присела на пол в изножье кровати, не желая смотреть на труп своего муженька.