Священник продолжал говорить ей слова утешения, выходя вместе с принцессой с балкона. Отвернувшись от этой картины, Колин задумчиво посмотрел на простилавшийся внизу океан. Постояв несколько блаженных минут в тишине, он вдруг тихо рассмеялся от облегчения и произнес, обращаясь к невидимому собеседнику:
- Дружище, ты сделал правильный выбор. Она - это нечто.
_______________
Ваша Лёка Гагарина
Глава 19
Год спустя.
Лорд Джеймс Стекворд ІІІ с хмурым лицом сидел в большом кресле рядом с пылающим камином. В руке он держал кубок с вином, как, впрочем, и весь предыдущий год. С тех пор, как Джеймс, очнувшись в каюте на корабле который увозил его навсегда от женщины, которую он когда-либо любил, он начал пить и никак не мог остановиться. Он пил все время, потому что только вино отупляло его разум настолько, что он забывался на блаженные минуты и не думал о ней. Когда же он здравствовал, то ему казалось, что он сходит с ума. Ему повсюду мерещились колдовские зеленые глаза его наяды и мелодичный юный смех. Как она сейчас, жива ли еще? Родила ли Ардвэру несчастную обреченную на муки малышку? Помнит ли еще о нем? Как только эти мысли начинали пробираться в его голову, он сразу же пытался заглушить их вином. Он хотел умереть.
Джеймс с горечью усмехнулся, вспоминая, как очнувшись, попытался заставить развернуть корабль, что вез его в Англию. Он ругался с капитаном, запугивал его, устроил драку, покалечив ни в чем не повинных матросов, предлагал несметные богатства, но что бы он не делал, они были глухи к его мольбам. Кончилось тем, что его снова оглушили, связали и засунули в трюм, где он и провел большую часть пути. Когда же вдалеке показались родные берега Англии, капитан с сочувствием в глазах сказал, что уже поздно что-либо менять, и что принцесса наверняка уже понесла, и, как бы Джеймс не сопротивлялся, больше изменить ничего уже нельзя. И тогда Джеймс напился, он пил и пил, пока не упал без чувств. В таком состоянии он прибыл в Стекворд, где его встретил потрясенный Стэнтон. С тех пор все изменилось. Джеймс перестал общаться со всеми, не отвечал на послания короля и приказал не пускать никого в замок.
Три месяца он только пил, практически перестав есть. Из-за чего очень сильно похудел, что привело Стэнтона в еще большую тревогу. Как бы ни старался преданный слуга выведать, что привело его господина в такое жалкое состояние, добиться ничего толком не смог. Джеймс лишь отмахивался от него. Лишь в пьяном бреду он произносил путаные обрывки фраз о зеленоглазой колдунье, что свела его с ума, но из-за чертового долга отказалась от него. Собирая по крупицам эти сведения, Стэнтон понял, что молодой хозяин впервые по-настоящему влюбился, но несчастная вышла замуж за другого мужчину.
После трех месяцев беспробудного пьянства Стэнтон, видя, что хозяин загоняет себя в могилу, пришел в зал, где тот напивался очередной раз. Дрожащим голосом, но с высоко поднятой головой он произнес речь о долге, чести и достоинстве, которые, по его мнению, Джеймс бесцельно растерял. Но Джеймсу было все равно, он лишь презрительно рассмеялся над стариком, велев тому проваливать. Тогда Стэнтон, гордо задрав нос еще выше, покинул зал, чтобы вернуться с лоханью ледяной воды. Осторожно, неся ее так, чтобы не расплескать, он встал за креслом своего господина и обрушил на его голову все ведро. Взбешенный Джеймс, отплевываясь, схватился за меч, чтобы наказать наглеца, но Стэнтон не отступил. Он лишь дребезжащим голосом сказал, что пусть Джеймс лучше разрубит его на части, лишь бы не видеть, как единственный наследник великого рода Стеквордов так безрассудно губит себя. Не столько слова, сколько вид несчастного старика потряс Джеймса. Он понял, что в минуты своего горя он перестал обращать внимание на людей, которым он дорог, обижая их. Собравшись с силами, Джеймс, отбросив меч и качнув головой в знак того, что он понял Стэнтона, удалился к себе в комнату.
С тех пор он стал пить только вечерами, когда вернувшись в замок после бесконечных изматывающих тренировок с новобранцами или решения возникших проблем на границах своих владений, он больше ничем не мог отвлечь себя от тревожных мыслей. Тогда усевшись в кресло у камина, он позволял себе выпить вина и потосковать о ней.