- Марта встретила нас на лестнице для напутствия молодых с кубком вина. Таков обычай на острове. Молодожены должны разделить напиток, чтобы было им счастье в семейной жизни. Ардвэр решил, что его хотят отравить и заставил меня отпить первой. Видя, что я пью, он выхватил кубок и осушил его до дна. Это стало его роковой ошибкой. Но он, прибыв на остров, постоянно кашлял, поэтому пытался залить свое саднящее горло вином. Когда он притащил меня в спальню, – Алекс снова прервалась, видя, как Джеймс мучительно закрыл глаза от ее слов.
- Продолжай, прошу тебя, – прошептал он, не глядя на девушку.
- Он велел мне раздеваться, я отказалась, сказав, что полюбила другого. Джеймс, я готова была умереть, но не могла допустить, чтобы он дотронулся до меня. Он разозлился, ударил меня, разорвал платье. Я хотела драться с ним, а он вдруг закашлял, схватился за горло, а потом упал и умер.
Джеймс повернулся в ее сторону, смотря во все глаза. Ему вдруг захотелось засмеяться. Это ничтожество Ардвэр, этот горе-жених оказался настолько жалок, что Джеймсу захотелось убить его снова. Он больше не отворачивался от Алекс, жадно ловя каждое ее слово.
- Марта отравила его, Джеймс. В том кубке действительно был яд. Я не умерла, потому что она за несколько минут до этого дала мне противоядие. Видишь ли, она очень хорошо разбирается в травах. Она, Эрик, Мерида и еще очень много людей подготовили план, как навсегда освободить нас от бремени Ардвэров.
- Не понимаю, когда они подготовили план?
- Еще до того, как ты прибыл на остров. После смерти моей матери Марта начала думать, как спасти меня. Она из очень древней семьи кельтов, которые обладали магическими знаниями. В тот вечер, когда ты вошел в круг, где я танцевала, она призывала духов, это действительно правда. Когда она увидела тебя, то, как ты смотрел на меня, а я на тебя, то поняла, что ей делать дальше. Марта убрала всех с нашего пути, чтобы никто не мешал нам быть вместе ту чудесную неделю перед свадьбой. Вспомни, мы были всегда одни. Даже Колин и епископ всегда где-то отсутствовали.
- Да, действительно. Только тогда я не придавал этому значения.
- И я тоже, а она все знала. Она надеялась, что ты сможешь зачать наследника, мальчика, который освободит нас всех от завещания короля Эдмунда.
- А если бы я не смог? – сконфузился Джеймс.
- Ну, там был план еще коварней. Шесть девушек, что были со мной в священном кругу, в ту же ночь, что и я вышли замуж, зачав детей. Любая, кто родила бы сына, отдала бы его мне, чтобы выдать за ребенка Ардвэра. Звучит ужасно, особенно сейчас, но они все были готовы пойти на эти жертвы, чтобы спасти меня.
- А если бы Ардвэр тебя … - прошептал Джеймс, снова мрачнея.
- Когда он ступил на остров, Эрик будто бы нечаянно споткнулся и выдохнул ему в лицо траву, от которой Ардвэр постоянно кашлял и хотел пить. Если бы он не выпил вино в том кубке, то в комнате стояло другое, тоже с ядом. Он был обречен. А я бы не позволила ему дотронуться до себя.
- Господи, в голове не укладывается, что она все это провернула. Постой, но Колин сказал, что Ардвэр изнасиловал тебя и избил.
- Ну, так мы сказали. На самом же деле, он успел ударить меня один раз, а дальше пришлось бедному Эрику.
- Эрик бил тебя? – забасил Джеймс.
- У него не было выбора. Мы его заставили, я и сама себя изрядно поцарапала, волосы выдрала, порвала одежду, – засмеялась Алекс. – Они даже семя принесли и испачкали графа, чтобы все выглядело правдоподобно. Епископ поверил каждому моему слову, картина-то была шокирующая.
- Не могу поверить, – продолжал вздыхать Джеймс. - Алекс, если Ардвэр умер, прежде чем… То получается, что только я? – срывающимся голосом, спросил Джеймс.
- Только ты, Джеймс, – с любовью во взгляде прошептала Александрин.
Судорожно вздохнув, Джеймс смотрел на эту потрясающую молодую женщину, которая столько уже перенесла за свою недолгую жизнь: смерть родителей, вынужденная свадьба, рождение ребенка, его нападки. И вышла из этих передряг с достоинством истинной принцессы Магали.
- Простишь ли ты меня, любимая? – с дрожью в голосе спросил он.
- Джеймс, я люблю тебя! Мне не за что тебя прощать. Все уже позади, впереди только счастье, – нежно прошептала Алекс, гладя любимое лицо ладошкой.