Том вслепую, неумело и невпопад подставлял губы и вздрагивал от поцелуев в шею, порываясь втянуть голову в плечи. Цеплялся за его плечи, снова не разумея, куда деть руки, и не решаясь ещё хоть где-нибудь прикоснуться, и чувствовал касания ухватистых ладоней на своём теле через ткань. Мысленно был благодарен Оскару за то, что тот не раздевает его и не лезет под одежду, он не был готов так быстро и резко.
Шулейман закинул ногу Тома себе на бедро и несколько раз качнул тазом, и Том перестал дышать. И сделал вдох только с новым поцелуем, хватанув ртом воздуха, и был заткнут чужим ртом, языком. Без промедления откликнулся, касался, скользил языком в ответ.
Оказалось, целоваться по собственной воле и желанию очень приятно. А в глубоких поцелуях было что-то особенное, от этих горячих, мокрых ощущений кружилась голова.
Оскар поддел пальцами резинку домашних штанов Тома и запустил руку ему в трусы, обхватывая ладонью стоящий член, сделал движение вверх-вниз, сдвигая нежную, горящую кожу. Том резко и шумно втянул носом воздух от неожиданности прикосновения в таком месте и вцепился пальцами в запястье Шулеймана, пытаясь убрать его руку.
- Оскар, не надо, пожалуйста… - попросил срывающимся полушёпотом.
- Успокойся.
Поцелуй под ухом отвлёк. Следующее движение по члену заставило запрокинуть голову и зажмуриться от непознанного удовольствия, прошивающего до хребта. А совсем скоро вовсе потерял волю к тому, чтобы противиться стыдным прикосновениям, пытался и вновь терялся в ощущениях, в жаре, в том, как задыхается.
Том кончил со всхлипом, накрепко зажмурившись и дёрнувшись, до судорог в пальцах вцепился одной рукой в плечо Оскара, а второй в ласкающую руку.
- Для первого раза с тебя хватит, - сказал Шулейман, отодвигая его от себя, и потянулся к тумбочке за салфетками.
Том не мог понять, что это было, всё произошло слишком быстро, слишком не так, как ожидал. Открыв глаза, он привстал на локте, прерывисто дыша ртом и растерянно смотря на Оскара.
- Но ведь это был не секс?
- Меня пугает неуверенность в твоём голосе, - сказал в ответ Шулейман, вытирая ладонь, и бросил использованную салфетку на пол.
- Это точно был не он, - поправился Том, но всё равно не до конца уверенно.
Не мог быть твёрдо уверен в том, что это не считается видом секса с каким-нибудь хитроумным названием вроде того ужаса, фистинга, который увидел по незнанию.
- А ты хочешь сейчас продолжить? – спросил у него Оскар.
Том отрицательно покачал головой, прежде чем успел задуматься над ответом. Сейчас он ничего не хотел, ему было хорошо, хоть и не понимал пока, как с этим «хорошо» обращаться и как его чувствовать.
- Вот и ложись спать, - заключил Шулейман.
Том кивнул и, поднявшись с кровати, начал раздеваться, закусив губы от неловкости перед тем, что только что было. Не подумал хотя бы из вежливости подумать о том, что Оскару тоже нужно что-то делать со своим возбуждением. На самом деле, вовсе не подумал о том, что он тоже возбудился от их действий.
Лёг на бок спиной к Оскару, натянув одеяло до ушей, и сразу задремал.
Глава 21
Глава 21
Белым-белым по рукам снегом
Тает лёд. На платье кровь с тела.
Мой король, бери любовь смело,
Зажигай Лолиту, делай, делай...
Белым-белым по глазам светом,
Разрешаю целовать в сердце.
Закрываю красотой солнце,
Открываю тела оконце.
МакSим, Лолита©
- Всё ещё хочешь заняться сексом?
Такой вопрос сразу после пробуждения заставил напрячься и очень быстро скинуть сонную негу. Том сел на постели под выжидающим взглядом Оскара, инстинктивно прикрываясь одеялом, и, сглотнув, ответил:
- Да. Но я в туалет хочу, и пить, и есть…
Выглядело так, как будто придумывает причины отложить момент, и отчасти так и было, несмотря на то, что на самом деле испытывал надобность во всём перечисленном. Не был готов прямо сейчас сделать это.
- И заниматься анальным сексом по утрам вообще не лучшая идея, - добавил к его словам Шулейман, подытоживая разговор, и, откинув одеяло, поднялся с постели.