У Тома внутри тяжестью осело чувство вины. Он не испытывал к маме тёплых чувств, но думать о том, что ей плохо – из-за него плохо было очень-очень неприятно.
- Мне было очень страшно и больно из-за того, что мама не поверила мне, - негромко признался он. – Но я ни секунды не злился и не обижался ни на кого из вас.
Вспомнилось, перехватывая дыхание и пробуждая в сердце те так и не выплаканные слёзы, как уже у Оскара дома смотрел на случайно увезённый с собой снимок УЗИ, а потом выбросил его. А потом стоял на коленях перед мусорным ведром и выискивал его, но он уже отправился на помойку, и не осталось совсем ничего.
Сглотнув колючий комок в горле, Том продолжил:
- Мне жаль, что я никак не дал вам понять, что со мной всё в порядке, и заставил вас так переживать. Я думал, что просто исчезну, а вы будете жить, как прежде, как будто меня не было. Наверное, я бы как-то связался с вами потом. Но я не успел, - он опустил глаза.
- Главное, что всё хорошо закончилось, - сказал Кристиан, мягко и ободряюще улыбнувшись. – Мы очень боялись за тебя из-за того, что, помимо прочего, на улице был мороз, а ночью температура вообще упала до минус двадцати четырёх, а ты был раздетый и в тапках.
- Да, это было ужасно, - согласно покивал Том. – Никогда не думал, что холод – это так больно. Теперь я не хочу ехать туда, где бывает так холодно.
- Я тебя понимаю. Скажу по секрету – несмотря на то, что я уже много-много лет живу в Финляндии и адаптировался во всём, я всё равно скучаю по родному тёплому климату, по солнцу и невероятно наслаждаюсь, когда удаётся вырваться на юг, а лучше в Испанию.
- Мне в Финляндии тоже не хватало солнца, - со смущённой улыбкой признался Том, - очень не хватало. И очень непривычно было носить такие тёплые свитера и перчатки в обязательном порядке.
- Ты в этом плане явно пошёл в меня. Тебе обязательно нужно побывать в Испании, не сомневаюсь, что тебе там очень понравится, и познакомишься с бабушкой и дедушкой, они будут счастливы наконец-то тебя увидеть.
- С кем? – с шоком выдохнул Том, распахнув глаза.
- С бабушкой и дедушкой. Думаю, правильнее было бы с самого начала отправить тебя к ним, там бы всё внимание уделялось только тебе, одна проблема – тебя бы затискали, - Кристиан посмеялся. – С меня мама чуть шкуру живьём дистанционно не спустила, когда постфактум узнала, что мы тебя нашли и снова потеряли.
- То есть у меня есть бабушка и дедушка? – растерянно спросил Том. – У меня их никогда не было…
Никогда. Был только он и Феликс. А потом, когда познакомился с настоящей семьёй, не задумывался, что у родителей тоже есть родители, потому что привык к тому, что их нет и о них даже никогда не говорят.
- У тебя две бабушки и два дедушки, мои родители и родители Хенриикки. А по моей линии у тебя ещё есть два дяди – мои родные братья, тётя – моя сестра, четыре кузена и три кузины.
Том сидел с открытым от изумления ртом. Для него и та семья, которую увидел в Финляндии, состоящая из пяти человек, не считая его, была очень большой. А тут оказалось, что ещё столько людей в этом мире приходятся ему прямыми родственниками. И даже если они никогда не будут общаться, они всё равно – одна кровь.
Масштабы этого открытия потрясали.
- Они про меня знают? – спросил он.
- Да.
Том пребывал в глубокой растерянности, похожей на ту, какую ощутил в больнице во время разговора с Яном, когда узнал о том, что вся его жизнь – неправда и у него есть семья. Привычный мир снова пошатнулся. И пусть сейчас не обольщался, что все те люди будут его любить, и он обретёт близких, но их наличие всё равно многое меняло. Трудно считать себя одиноким, когда ты часть такой большой семьи.
Несколько минут Том молчал, осмысливая всё услышанное и позволяя этой информации уложиться куда-то на правильное место в голове и душе. И, хоть и было боязно, и чувствовал себя неуверенно в этом желании, решил продолжить знакомство с той частью своей истории, которая не стала его жизнью, но могла бы, должна была стать.
- А какая у тебя испанская фамилия? – спросил, робко взглянув на отца.
- Веласко Саес.
- Это одно слово или двойная фамилия? – уточнил Том, потому что на слух было не совсем понятно.