- Когда я собирался к тебе в первый раз, в апреле, Хенриикка отказалась ехать со мной. Но совсем не из-за того, о чём ты подумал. Ей слишком стыдно перед тобой за своё поведение в тот последний вечер, так она сказала, она не смогла найти в себе сил, чтобы встретиться с тобой и поговорить. А в прошлый раз и сейчас она бы не смогла приехать, я предпочёл не говорить о том, что собираюсь к тебе, чтобы она не волновалась.
- Не смогла бы? – дрогнувшим голосом переспросил Том, чувствуя холодок в груди. – Что-то случилось? Она… заболела?
- Можно сказать и так, - с тяжёлым сердцем признался Кристиан.
Это была самая неприятная часть правды, и уже было видно, что Том реагирует на неё плохо. Но молчать – не выход, тем более если начал.
- Хенриикка сейчас проходит лечение от алкоголизма, - добавил Кристиан, проясняя ситуацию.
- От алкоголизма? – растерянно переспросил Том, мечась взглядом. – Мама же не пила? Я всего один раз видел, чтобы она это делала…
Он совсем потерялся в своих скачущих мыслях. Не мог поверить, что это правда, что у матери серьёзные проблемы с алкоголем, потому что не видел, когда был рядом с ней, ничего подобного, она была совсем не похожа на алкоголичку. Но, с другой стороны, прошли четыре года, за этот срок многое могло измениться, Том понимал это, но от этого становилось только хуже и страшнее.
В его понимании алкоголизм являлся абстрактной бедой каких-то маргинальных личностей и никак не мог относиться к маме. Но это было правдой, как бы ни верилось и как бы ни мог понять, как так могло произойти, папа бы не стал так шутить. И то, что мама проходит лечение, доказывало серьёзность проблемы. В клинику просто так не попадают, Том знал это по себе.
Кристиан объяснил:
- Хенриикка всегда любила это дело, столько, сколько я её знаю, и ещё до нашего знакомства. В юности и молодости ей нравилось посещать вечеринки с морем алкоголя, потом, когда мы уже стали семьёй с детьми, она периодически позволяла себе стакан вечером, чтобы расслабиться, но не более того и не часто, это её увлечение никогда не приобретало масштабы проблемы. Но в последние годы она начала пить больше: сначала просто чаще, потом чаще и больше. Мне стыдно, но я не сразу обратил на это внимание, потом пытался говорить с ней, но слишком поздно забил тревогу, Хенриикка уже не могла справиться сама и не слушала меня. Месяц назад она согласилась лечь на лечение.
Кристиан не уточнял, что постепенно спиваться Хенриикка начала после побега Тома, в особенности после того, как полиция свернула поиски, объявив им, что он, должно быть, уже мёртв. А после того, как они узнали реальную картину того вечера, и она в полной мере осознала свою ошибку, её уже официально можно было назвать алкоголичкой, поскольку не было ни дня, когда она не напивалась до беспамятства, глуша боль и разъедающее чувство вины перед сыном, которого должна была защищать при любых условиях (никого не должна была выделять!), а она его едва не погубила своей глупостью. И другую боль глушила, от того, что потеряла старшего сына.
Но Тому хватило и этого «в последние годы», чтобы сделать вывод.
- Это из-за меня? – спросил он севшим голосом.
- Нет. Я же сказал, Хенриикка всегда любила выпить, а последние годы выдались сложными, её съедало чувство вины за то, что не уберегла тебя и так с тобой поступила, потому всё так вышло.
- Любой на её месте поступил бы так же! – от чистого сердца воскликнул Том. – Я её ни в чём не виню.
- Я знаю. Но она винит себя.
- Я могу её навестить? Позвонить? Может быть, если я поговорю с ней, ей станет легче.
- Позвонить точно нельзя, - серьёзно ответил Кристиан, отрицательно качнув головой. – А насчёт визита… Не уверен, что тебе следует навещать её в этом месте.
- Я был в Центре принудительного лечения для самых опасных преступников! – запальчиво воскликнул Том. – Меня уже ничем не напугаешь!
- Я имел в виду, что тебе может быть непросто и неприятно видеть её в таких условиях, и ей будет неприятно представать перед тобой в таком виде. Она сейчас не в лучшей форме.
Слова отца остудили пыл, и Том, сникнув и опустив глаза, кивнул, соглашаясь с ним. Кристиан поразмыслил и сказал:
- Давай поступим так: когда тебя выпишут, мы ещё раз обсудим этот вопрос и подумаем, как лучше поступить.