От этого осознания кусок застрял в горле. Чего ещё он о себе не знает? Кажется, жизни не хватит, чтобы открыть все тайны.
- Что с лицом? – поинтересовался Оскар. – Невкусно?
- Вкусно, - ответил Том, опустив взгляд в тарелку и водя по ней вилкой. – В этом и дело. Я вспомнил, что никогда не ел рыбу, Феликс не давал её мне и говорил, что не надо мне её есть, поэтому я всегда считал, что не люблю её.
- Значит, мой маленький эксперимент удался, - довольно хмыкнул Шулейман.
- Что? – Том непонимающе нахмурился и посмотрел на него.
- Поскольку ты ешь всё, до чего можешь дотянуться, я предполагал, что причина твоей нелюбви к рыбе кроется в детстве, а значит – Феликс явно приложил к этому руку, и решил проверить эту гипотезу. Как раз мне хотелось на ужин рыбы.
- Ты не мог бы не проводить надо мной эксперименты? – попросил Том, стараясь держать в узде своё недовольство от признания Оскара.
- Не мог бы.
Том, дрогнув уголками губ, впился в него негодующим взглядом, от раздражения сжав в кулаке вилку. Шулейман проигнорировал и это его проявление крайнего недовольства. На открытый конфликт Том не пошёл и, смирившись с таким положением дел – с тем, что для Оскара его слово ничего не значит, и он всё равно сделает по-своему, и вздохнув, вернулся к ужину.
Покончив с ужином и допив свой кофе, Оскар ушёл в свою спальню. Том, по привычке убрав посуду в машинку и включив её, прежде чем успела прийти Жазель, тоже ушёл в свою комнату.
Бесцельно походил по комнате пару минут – не думал её менять на более просторную и удобную, как предложил (разрешил) Оскар, привык к этой спальне, в ней ему было вполне комфортно – и подошёл к окну, за которым висела чёрно-синяя ночь. Открыл его и, облокотившись на подоконник, выглянул на улицу, подставляя лицо едва уловимому ветерку и вдыхая свежий воздух.
Казалось, что воздух ненавязчиво пахнет солью, неповторимым запахом моря. Но Том не мог быть уверен в том, что не ошибается, и даже не мог сказать, где здесь море, только абстрактно знал, что оно есть, он ни разу его не видел за все месяцы проживания в Ницце.
Близ десяти Том начал ощущать значительную сонливость и, понимая, что дальше будет только хуже, и решив не испытывать себя, направился к Оскару. Не постучав, зашёл в его спальню, не смотря на него, быстро подошёл к застеленной кровати, забрался на свободную половину и, свернувшись калачиком и подложив ладони под щёку, закрыл глаза.
Шулейман вопросительно выгнул брови, ожидая объяснений этой немой эскапады, но Том его взгляда не видел и ничего не хотел говорить, просто хотел быть не в одиночестве и спокойно поспать. Поняв, что так он от него ничего не дождётся, Оскар проговорил:
- Я так понимаю, своим поведением ты хочешь сказать, что будешь спать со мной?
- Да. Можно?
- Можно. Но я пока не собираюсь ложиться.
- Мне не мешает свет.
Посчитав на этом вопрос исчерпанным, Оскар вернулся к любимому гаджету, от которого Том своим появлением отвлёк его.
Без трёх минут полночь Шулейман положил мобильник на тумбочку, сходил в ванную и, вернувшись, растолкал Тома со словами:
- Раздевайся и ложись нормально.
- Раздень меня, - сквозь сон пробормотал Том.
- Уверен, что просишь меня об этом в своём уме? – усмехнулся Оскар.
Том, разлепив веки и полностью проснувшись, захлопал ресницами и непонимающе уставился на парня, понимая, что, кажется, только что сказал что-то не то.
- Что? – спросил он.
- Ты попросил, чтобы я раздел тебя. Всё ещё хочешь, чтобы я это сделал?
- Нет… - с напряжением протянул Том и, сев, потянул на себя покрывало в инстинктивном желании прикрыться и защититься.
Оскар дёрнул покрывало, вырывая его у него, и сказал:
- Не трогай. Не собираюсь я тебя раздевать, даже если бы ты всерьёз попросил, делать мне больше нечего. Сам раздевайся и ложись. В третий раз повторять не буду. И раз взялся – расстели кровать.
Он встал и, сложив руки на груди, стал выжидающе наблюдать за Томом. Том тоже встал и стянул с постели верхнее покрывало; заметил, что Оскар раздевается, и смотрел в пол, ожидая, когда тот закончит и ляжет, но случайно поднял взгляд и почувствовал себя некомфортно и неловко от его наготы, прикрытой лишь бельём.