- Уже что-то. Ты не безнадёжен. Но прежде чем ты сорвёшься учиться на повара, подумай ещё. О чём ты мечтал в детстве?
Том снова глубоко и надолго задумался и озвучил:
- Я мечтал завести друзей.
- Не совсем это я имел в виду. Кем хотел стать, когда вырастешь?
- Не знаю… Я никогда не думал об этом в детстве, ни разу. Феликс никогда не говорил, что когда я вырасту, моя жизнь как-то изменится, и мне нужно будет работать, выбрать себе призвание. И он никогда не рассказывал о своей работе, я даже не знаю, чем именно он занимался, мы никогда не говорили об этом – может, только когда я совсем маленьким был, я спрашивал его, не помню, и не говорили о моём будущем.
- Неужели совсем ничего? Даже супергероем не хотел стать?
Том отрицательно покачал головой:
- Совсем. Я мечтал только о друзьях. Но друзей у меня тоже нет, - с горечью добавил он и вновь лёг, закинул голову, свешивая её с края. – А ещё я мечтал посмотреть мир, разные места, - сказал после паузы, смотря в потолок. – Да, я погорячился, какие-то интересы у меня всё-таки есть, но нет ничего, что я могу делать. Я отказался от работы моделью, потому что это не моё, но что моё? Я не знаю. Я не представляю, чем мне заниматься.
- Люди ищут своё призвание годами. Так что выдохни и не впадай не к месту в отчаяние.
- У меня нет многих лет на раздумья.
- Ты решил умереть молодым? Даже в таком случае у тебя есть ещё двадцать один год в запасе согласно всемирно принятой классификации возрастов.
- Нет, не решил, - Том снова сел. – Но мне двадцать три года, и всё это время я просидел на месте, я ничего не сделал в своей жизни и для неё. Ладно, не двадцать три, а шестнадцать лет, семь лет меня не было, и как раз в эти семь лет у моего тела была весьма бурная жизнь!
- Мало кто может похвастаться успехами, прожив всего шестнадцать лет, - спокойно сказал Шулейман, кроя разыгравшийся пыл Тома.
- Но на самом-то деле мне двадцать три, - упёршись в свою мысль, парировал Том, - и неважно, что я потерял много лет, этого уже нет. А я есть. Знаешь, я счастлив, что я остался, что я живу, но я не совсем понимаю, почему и для чего. У Джерри была полная, насыщенная жизнь. У него могла быть семья, дети. А у меня ничего этого нет, и никогда не будет.
- А ты хочешь семью и детей? Кто вообще думает об этом в двадцать три года? – фыркнул Оскар.
- Нет, не хочу. Но у всех нормальных людей всё это рано или поздно появляется, а у меня этого не будет.
- Не зарекайся.
- Я не зарекаюсь. Но я неправильный, я всегда был таким, и нет шансов, что я вдруг стану среднестатистическим. Таких чудес не бывает. И я не совсем понимаю, что значит быть таким, как все, во взрослом возрасте, и не уверен, что хочу этого. Но я хочу что-то делать, хочу, чтобы в моей жизни был смысл, наполненность, польза, в конце концов. Но – нет ничего, чем я бы мог и хотел заниматься, и это наталкивает на мысль – а может, причина моей жизненной несостоятельности не в расстройстве и обстоятельствах, а в том, что я просто никакой? Никто? Пустое место. И я так и проживу впустую свою ничего не значащую жизнь, и после смерти обо мне никто не вспомнит. Вжух! – Том развёл руками, растопырив пальцы, иллюстрируя свои слова.
Поднялся на ноги и стал мерить комнату быстрыми, широкими шагами, продолжая рассуждать вслух:
- Нет, я не хочу вписать своё имя в историю, но я не хочу и дальше впустую.
- Кризис самоопределения налицо, - заключил Шулейман, воспользовавшись паузой. - Конечно, я говорил тебе, чтобы ты думал в этом направлении, но тебя как всегда переклинило. С чего тебе вообще стукнуло в голову, что ты непременно должен определиться со своим призванием прямо сейчас?
Том остановился и развернулся к нему:
- С того, что у меня нет ничего своего, только то, чем меня обеспечил Джерри. Я отказался от устроенной карьеры и должен заниматься чем-то вместо этого. И мне нужно зарабатывать деньги, а просто так их не дают. Да, они у меня есть, но они ведь могут закончиться? Да даже и не в деньгах дело, мне их много не надо, но я не заработал за свою жизнь вообще ничего, а значит, я не знаю им цену. А что я знаю? Я научился тратить и открыл для себя, что это может приносить удовольствие, но какое право я имею тратить, если ничего не заработал?