Том удивлённо выгнул брови: кокетство? По просмотренным видео и личному общению Том знал, что Джерри мастерски владел всеми этими ужимками. Но он? Вот и наглядное подтверждение того, что те, кто знал Джерри, не видят за его образом его, Тома.
- Чем ты теперь собираешься заниматься? – спросил Монти. – С Джерри разговариваю, - отвлёкся он на подошедшего супруга, - точнее с Томом. Представляешь, его на самом деле зовут Том! Почему разыгрываю? Точно! Том и Джерри! А я и не подумал! У тебя всё в порядке с юмором, - вернулся он к телефонному разговору.
- Просто я очень любил этот мультфильм в детстве, - заученно ответил Том.
- Дино, дай мне поговорить. Или сиди тихо, или, если не можешь, выйди, - Том снова стал невольным свидетелем семейного спора.
Подождав, пока благоверный с оскорблённым видом удалится, Карлос обратился к Тому:
- Радость моя, так чем ты собираешься заниматься?
- Я пока не определился.
- А какие варианты?
Том молчал, перебирая в голове варианты: «пока я бы не хотел говорить», «секрет» или правду «никаких». И думал, что пауза затягивается, и он вообще вряд ли что-то ответит.
- Джерри? – позвал Карлос. – Ой, Том! Ты ещё здесь? Матерь Божья, как мне привыкнуть обращаться к тебе по-новому? Но, должен признать, тебе подходит, как-то сразу приклеивается – Том. Ты гораздо больше похож на котёнка, нежели на крыску. Крысы, они фотогеничные, но неприятные создания.
- Они могут быть довольно приятными. Но только не голодные.
Монти прыснул смехом и произнёс:
- Прости… Тебе можно над этим смеяться, но не мне. На чём мы остановились? Какие у тебя варианты? Или ты бы хотел сохранить это в тайне, пока не определишься?
- Да, я бы хотел.
- Хорошо, не буду тебя пытать. Том, Том… - Карлос повторил его имя, словно смакуя, привыкая, и Том почувствовал себя от этого неловко. – Вот что меня интересуют в свете последнего открытия - а фамилия у тебя настоящая?
- Да, я всю жизнь Каулиц.
- Это хорошо, потому что она мне очень нравится и было бы грустно, окажись и она неправдой.
- Почему нравится? – удивился Том.
- Не знаю. Она красиво звучит, несмотря на то, что большинство немецких фамилий звучат как скрежет, и она редкая.
- А я думал, обычная. Редкая у меня финская фамилия – Ротт-рон-рей-ве-ррик, - по слогам проговорил Том и повторил целиком: - Роттронрейверрик.
- Как? – изумлённо воскликнул Карлос. - Рот… Чего?
- Роттронрейверрик.
- Вот это да! Тебе следовало прославляться под ней! Тогда бы тебя называли не Ангелом, а «тот, чьё имя нельзя называть, потому что его фамилию невозможно выговорить»! – по-доброму смеялся Монти.
- Я тоже не могу выговаривать её целиком с первого раза, - со смущённой улыбкой поделился Том.
- Ты мне устроил день потрясений и вечер позитива. Но вот что ещё меня волнует: мы же продолжим общение, несмотря на окончание деловых отношений?
- Да, продолжим… - невнятно пробормотал Том, не решаясь сказать ни уверенное «нет», ни «да».
- Это хорошо, потому что потерять всё контакты с тобой было бы двойным ударом. А так, может, как-нибудь уговорю тебя поучаствовать в съёмке по-дружески, - лукаво улыбнулся мужчина. – Нужно встретиться, как ты считаешь? Мы не виделись с октября и то – только на съёмках. Я слышал, ты сейчас в Ницце. Там шикарная ночная жизнь! Я с удовольствием приеду, и погуляем от души. Согласен? Только не будь букой!
- Да, можно встретиться… Но только не сейчас.
- Никаких вылазок, пока не определишься с новым делом жизни?
- Вроде того.
- Понимаю. Но имей в виду – я буду звонить и доставать тебя вопросами «когда же, когда?», - посмеялся Карлос. – Шучу. Только ты не пропадай больше со связи, хорошо?
- Хорошо. Но я больше не пользуюсь этим телефоном и забываю про него. У меня новый телефон и номер.
- Вот оно что. Диктуй.
Том посмотрел на своём мобильнике новый номер, которого не помнил наизусть, и продиктовал.
- Записал, - сказал Карлос. – Значит, звонить только на него?
- Да.
- Договорились. Ой, чуть не забыл - поздравляю тебя!
- С чем? Мой день рождения был давно, и ты меня поздравлял, а до Рождества ещё больше трёх недель.