- Задавай.
- Почему ты взял меня к себе с самого начала, из центра? Я же был для тебя совершенно чужим человеком и был серьёзно, опасно болен.
- Я уже говорил, что никогда не боялся Джерри, и, как показал опыт, правильно делал. А кроме него в твоём расстройстве не было ничего опасного. И мне нужна была домработница, я подумал – почему бы и нет?
- А потом почему принял меня? Во второй раз?
- А мне надо было сказать «не знаю никакого Тома» и оставить тебя умирать? Ты попросил о помощи – я помог, мне несложно.
- Ты действительно намного лучше, чем кажешься. Если честно, вначале я был в шоке и ужасе от тебя и в некоторые моменты думал, что ты бессердечный ублюдок.
- Интересно, в какие это моменты? – с ухмылкой спросил в ответ Оскар, крутанув Тома за руку, развернув к себе лицом.
- Разные бывали, - уклончиво ответил Том, под его напором отходя спиной вперёд.
- Например?
- Например… - Том оборвался на полуслове, упёршись спиной в стену.
Повернул голову, настороженно проверяя, насколько велик тупик, и снова посмотрел на Шулеймана, стоявшего перед ним и перекрывающего отход. Оскар упёрся руками в стену по бокам от его плеч и с усмешкой на губах, смотря в глаза, проговорил:
- Например, в тот раз, когда я с тобой переспал?
- Нет, после того раза я думал хуже. Мне страшно об этом вспоминать, но я хотел тебя убить.
- Ого. Ангелочек-то не такой уж и ангелочек, и мне лучше быть осторожней?
- Это была всего лишь мысль от шока. – Том упёрся ладонью в грудь парня, пытаясь сохранить хоть чуть-чуть пространства.
Оскар просто небрежно спихнул его руку в сторону. Том, воспользовавшись тем, что он убрал одну руку, скользнул вдоль стены влево и быстренько отошёл от него: отходил спиной вперёд, следя за Оскаром, что было так похоже на провокацию.
- Сейчас тот самый момент, когда хочется прижать тебя к стене и хорошенько отодрать, - произнёс Шулейман, и у Тома вытянулось лицо и расширились глаза. – Чего ты так на меня смотришь? Я же не сказал, что обязательно сделаю это. А желания, увы, даже у меня сбываются не все. Пошли за машиной, - махнул он рукой, - я хочу где-нибудь пообедать.
***
Том зашёл в открытую дверь ванной, где Шулейман брился. Постоял у порога, внимательно наблюдая за ним и, убедившись, что тот не заметил его появления, подошёл ближе, заглянул в зеркало через его плечо, после чего встал сбоку, с удвоенным любопытством разглядывая Оскара. На нём была надета небрежно, но аккуратно расстегнутая рубашка, закатанные рукава открывали яркие рисунки на руках; он с сосредоточенным взглядом неторопливо, выверенными движениями водил машинкой по коже.
В руках у Тома был фотоаппарат, и он не упустил возможности им воспользоваться. Подкрутил настройки, посмотрел на Оскара через визир и щёлкнул.
- Забавно, Джерри постоянно мстил за тебя, а ты как будто мстишь за него, - проговорил Шулейман, взглянув на него.
- О чём ты?
- Я как-то сфотографировал его без разрешения, чем он был крайне недоволен, и ты сейчас сделал то же самое. Дай посмотреть, - Оскар забрал камеру из рук Тома. – Неплохо, - сказал он, посмотрев только что сделанный снимок. – Скинешь мне, опубликую его. О, вот тебе и дело по интересу – будешь снабжать мой инстаграм материалом. Завидная, кстати, работа.
- Я не хочу на тебя работать. За работу получают деньги, а я ничего не получал, когда работал на тебя, только по шее.
- Ты заметно поумнел, - хмыкнул Шулейман. – Но кто виноват в том, что ты ничего не получал? Только ты. Надо было сказать, что тебе нужна зарплата, я бы платил, мне не жалко. Несмотря на то, что обязанности свои ты исполнял дерьмово, я считаю, что любая работа должна оплачиваться, тем более если она единственный вариант выжить. Так что можешь назначить цену за свои услуги.
- Я не буду брать у тебя деньги.
- Ты сам себе противоречишь.
- В прошлом я бы брал, но не сейчас, - пояснил свою позицию Том. – Я буду тебя фотографировать, если ты хочешь, но просто так, для своего удовольствия.
Оскар пожал плечами и вернулся к бритью. Том остался рядом и продолжал наблюдать за его действиями. Это несколько раздражало, но не настолько, чтобы одёрнуть его и выпнуть из комнаты.
- Почему у меня не растёт борода? – выдал Том и, озадаченно хмурясь, повернулся к зеркалу, трогая идеально гладкое лицо и шею. – Мне же уже двадцать три года, она должна расти. Разве нет? – он снова посмотрел на Шулеймана.