- Даже если это все правда, как я подниму крыс?
Кайл посмотрел в глаза Чаукина.
- Чауки, Табет верил тебе и верил в тебя. И ни он один. Люди пойдут за тобой. А если не за тобой, так за той надеждой на лучшее будущее, которое ты им можешь дать. Сейчас, это действительно в твоих силах. Ты можешь позаботиться о тех, на кого тебе не все равно.
Чаукин стоял перед бригадами крыс, собравшихся все вместе в одном из грузовых отсеков.
- Я знаю, на моем месте должен был стоять Табет. Вы знали его и верили ему. Табет считал, что все люди равны и каждый человек уникален, и всемогущ своими возможностями. Он верил, что Создатель сотворил людей равными, но только сам человек под давлением своих страхов создал стены, отгораживающие людей друг от друга. У Табета была мечта: что фраза "все люди рождены равными" не просто красивый слоган, что однажды стены седьмого уровня падут. Мирно, по обоюдному согласию. И люди всего атолла смогут вместе, с равными возможностями строить свой прекрасный дом. Но похоже головы по ту сторону стен глухи. Они не принимают такого будущего для всех. И мы не можем принять и успокоиться их немому отказу. Мы не можем успокоиться пока знаем, что у нас и наших детей не будет того будущего, на которое они имеют право. К сожалению, Табета нет сейчас с нами. Он погиб в борьбе за будущее своей семьи. Табет всегда был против насилия, но сейчас... я думаю, он согласился бы со мной, что сейчас не осталось иного пути. Если головы по ту сторону стены глухи, мы достучимся до них иным способом. Настало время выйти из мрака угнетения и выйти к свету справедливости.
Я прошу вас сражаться! Сражаться не за меня и даже не за Табета. Я прошу вас сражаться за себя, за ваше будущее и будущее ваших близких. Скоро армия трущоб под предводительством Гилиама Зюльфака выступит к воротам седьмого уровня и снесут их! Я верю, что низы поднимутся. Давайте сделаем это вместе!
***
(Гилиам)
– Пак, что ты можешь рассказать о Гилиаме? – спросил Кайл, протягивая Паку стакан с самогоном в одном из баров трущоб.
– Гилиам Зюльфак, страшный человек, – произнес Пак, осушив стакан залпом и отодвинув его обратно Кайлу. Тот махнул рукой бармену, попросив еще пару порций на стол. – Ты себе и представить не можешь, сколько было убито людей непосредственно только его рукой и сколько было совершено попыток убить его самого, – тихо продолжил Пак, когда перед ним поставили еще один стакан. – Ему удалось выжить благодаря хладнокровному и беспощадному устранению еще на этапах зарождения любой угрозы его власти. Он не прощает и не дает второго шанса. Лишь однажды силам одной из конфедераций удалось его схватить, но на судебное разбирательство он так и не явился.
Кайл изобразил удивление на лице.
– У него к тому времени была уже весьма многочисленная армия, его просто выкрали, – продолжил Пак. – Удивительный и страшный человек, совмещавший грабежи конфедераций с одновременным сотрудничеством с их силами охраны, что давало ему возможность стравливать его врагов между собой. Однажды Гилиам сварил заживо руководителей группировок восставших против него, сделал из их тел консервы и разбросал банки на уровнях, где жили их семьи, вот кто такой Гилиам.
Кайл знал всю историю становления обыкновенного офицера вооруженных сил одной из конфедераций до главы крупнейшей преступной группировки. Ранее Гилиам был офицером на одной из сторон воюющих конфедераций, но, быстро смекнув, что правой стороны в этой войне нет, подкупил врача, который устроил ему фиктивную смерть, и дезертировал из вооруженных сил. Засев на одном из торговых атоллов и сохранив прежние связи, он успешно торговал краденым оружием. Система доставки и распределения припасов и амуниции была сложной и запутанной. В соответствии с отчетами недостача списывалась либо на насекомых и грызунов, либо на уничтоженные противником склады и транспортные корабли, что в военное время было не редкость. Иное просто списывалось раньше времени. Коррупционные схемы и кредиты за разбазариваемое оружие поднимались до высших эшелонов власти, так что воровали все и повсеместно. Быстро разбогатев и набрав собственных наемников, вскоре он уже сам промышлял грабежами, нападая на торговые корабли. Также он оказывал услуги по охране этим же торговым кораблям. Это был нехлопотный бизнес, так как защищал он их фактически от самого себя.
– А ты, Пак, считаешь его хорошим или плохим человеком?
– Нет хороших и плохих людей. Есть поступки, которые люди совершают под влиянием тех или иных обстоятельств.
– Мне нужно увидеть Гилиама, – сказал Кайл после некоторого замешательства от столь глубокой мысли, внезапно озвученной Паком.
Тот округлил глаза от удивления, но через мгновение его лицо вновь вернулось в умиротворенное состояние.
– Это непросто. Это дорого. Но это возможно. Да, это не проблема, - поразмыслив ответил он.
– Ты всегда получал справедливую плату за свои услуги, Пак. Передай, что его хочет видеть Виктор Майер с деловым предложением на миллион. Думаю, это его заинтересует, – подмигнул Кайл.
Пак вновь выпучил глаза, едва не оставив их на столе, но жадность все же возобладала над страхом.
– Учти, Кайл, если что не так и ты случайно уйдешь оттуда живым, я сам найду тебя и срежу твою дурную голову, - произнес Пак злобным и полным уверенности голосом, столь непривычным, что у Кайла даже пробежали мурашки по спине.
На следующий день Пак с Кайлом шли по узкой улочке, каждая из сторон которой источала подозрительность и злобу. Из окон и щелей домов на секунду виднелись чьи-то взгляды и исчезали в то же мгновение. Казалось, будто они попали в один сплошной живой организм, обнаруживший инородные тела и готовый уничтожить их в любой удобный момент.
Пересекая один из перекрестков, группа людей буквально прошлась по лежащему на земле бродяге. Каждый из них наступил на него, словно не заметив, что это был человек, и не обернувшись на его громкие стоны.
Через пару углов по правой стороне улицы линия стен нарушилась входом во двор, внутри которого высилось здание. Сооружение этажей в пять высотой упиралось в потолок. Без единого окна, только глухая цельная стальная дверь внизу, охраняемая двумя вооруженными людьми. Это был один из входов в огромную сеть убежищ, складов, оборонных боевых точек, бараков, которые тянулись на километры. Кроме того, это была автономная система со своей генерацией энергии и кислорода.
Пак подошел к одному из охранников и передал ему какой-то сверток, бросив взгляд на который, тот отошел в сторону и пропустил их внутрь. Пройдя через первую дверь, они попали в предбанник с двумя бункерами по сторонам. В этом предбаннике их тела просканировали на предмет наличия оружия и иных опасных веществ. Далее, пройдя через две герметично закрывающиеся массивные двери, толщиной сорок сантиметров каждая, они оказались в узком коридоре, стены которого были словно составлены из складных панелей, и за ними явно что-то скрывалось. Минув еще одну герметичную бронированную дверь, они попали в основное помещение, весь потолок которого был покрыт вентиляционными ходами. Кайла с Паком провели в комнату тремя пролетами ниже.
Гилиам вел довольно аскетичный образ жизни. Ни дорогих тканей, ни деревянной мебели в помещениях не было. Кайл понимал, почему он вот уже пятнадцать лет был предводителем трущоб: своим образом жизни он не отличался от ее обычных жителей, он был одним из них и по внутреннему ощущению, и по форме.
Пак переминался с ноги на ногу и нервно теребил маленькими пальцами замок на молнии куртки.
– Это странно, это странно, - нервно начал бормотать Пак. – Нас никто не сопровождает. Куда нас ведут? Кайл, если... если... я тебя... – заикаясь промямлил Пак, смотря на Кайла снизу-вверх. Он так взволнованно и часто дышал, что маска, покрывающая его лицо, стала запотевать изнутри.