Что ■— очам
Выявишь? За белым тыном
Пены ■— что? Каков Афинам
Дар? Растерзанная ткань?
Доля: крытая лохань.
Доля, доля,
Тихий ткач!
Море, море,
Выше мачт —
Вал твой! Кулаком сведенным
То по всем своим поддонным
Бьет владыка Посейдон.
Доля: сжатая ладонь.
Доля, доля, Длить — доколь? Море, море, Всю то соль Донную и всю то кипень Пенную твою мы выпьем, Выхлебаем: кипень-смоль, Доля: лютая юдоль.
Доля, доля...
Воля ■— где?
Море, море,
Что в ладье?
Крит ли первенцев вернул нам,
Или братственная урна:
Семи весен пенл — и дым
Семи юношей с восьмым.
Доля, доля,
Скрытый сплав.
Море, море,
Ниже трав —
Вал твой! На ручьи распалось.
М. ЦВЕТАЕВА
Море! Море! Что за парус Там, что ворон мен: ветрил? Горе! Горе! Черен!
В е ст н и к
Был —
Царь. Переполнен*) Чан скорби и мглы. В ки — пящие волны Пал царь со скалы.
Бе — ду издалече Уз — "ревши с высот, Пал — сыну навстречу С от — весных трехсот.
В пы — лу чадолюбья II в пепле тщеты, В че — тыреста глуби — С трех — сот высоты.
Не орл быстролетен, Царь крыл и когтей — То старец с трех сотен Гра — нитных локтей.
Что яростный кречет — В волн пенную шерсть — Взмыл — первым да встретит Сы — новнюю персть.
Не в яростном хоре Су —■ деб и ветрил — Не в море, а в горе Се — бя утопил!
и ) См. примечание на стр. 41.
В уст — собственной пене, Кро — вавой кайме, В век — собственной теш», В недр — собственной тьме,
В убийственном слове Ко ■— ротком: к чему? В от — цовской любови Без -— донном чану.
Где пропасти клипом, Где пена ревет — Ле — тящего принял В грудь водоворот.
Хор г р а жд ан
Горе! Горе! С красных скал — Горе! Горе! камнем пал
Царь наш. НаЕодняй же Алощадь Бесеыновних и безотчих Стадо — без поводыря! Горе! Горе! Без царя!
Горе! Горе! Дважды пал! Старого гремучий вал Выхватил зеленокудрый. Юного — слепая удаль Чудищу швырнула в пасть. Горе! Горе! С черным — спасть!
Коршунам — кровавый пир! Горе! Горе! Дважды сир Край наш, на куски искрошен. Вместо пажитей роскошных — Коршунов кровавый слет... Горе! Горе! Море слез!
Горе! Горе! Кровных кровь! Мать бездетная, готовь
Скорби черное убранство! Явственен — через пространства — Скорби веющий рукав. Ах, не черен он — кровав!
Прав — взмывающий с крутизн!
Лучше б вовсе в эту жизнь
— В коей правды не дождаться —
Не рождать и не рождаться,
И не знать, как ветер свеж...
Горе! Горе! Горе!
(Явление Тезея, в сопровождении девушек и юношей)
Т е з е й
Где ж Лавры — победоносцу? Жив и несокрушим! Как по коврам пронесся По валунам морским —
Вождь ваш, с благою вестью: Вот она! Счетом семь Дев, с семерыми вместе Сими — в родную сень.
Целы и без изъяну — Что дерева весной! Чаянных семь и жданых Семеро, я — восьмой.
Пал Минотавр, и вынес В?л! Кровяным бугром Пал! С Минотавром ■— Минос. Но — что за прием?
Что — овцы под крышу!*) Что — жены под щит!
*) См примечание на стр. 41.
При — ветствий не слышу! Иль море глушит?
Что — рыбины в пену! Что — ящеры в мох! От радости немы? Иль сам я оглох?
От радости слепы? Ведь вот она, стать Кра — са и укрепа А — фин. Пли вспять
Мне? Сызнова море Тре — вочшть кормой? Лишь сам себе вторю В сей предгромовой
Ти — шн. Непривечен Ни взглядом очес! 'Гак вот она, встреча. Так вот она, честь,
Так вот оне, горсти Роз, лавры вершин Бой — цу-быкоборцу От вольных Афин!
В час скорби и вздохов Был скор мой булат. На дел моих грохот Не — мотствуешь, град?
На рук моих дело — Уж весть о быке Весь мир огремела — Ни ветви в руке?!
Серд — ца без отзыва! Те ■— ла без сердец! Но ■— злейшее диво: Что — даже отец
М. ЦВЕТАЕВА
На — встречу не вышел, На мышц моих мощь Скло — нить свою ношу. Иль впрямь я безотч?
Афиняне, рдею! Лоб — обручем сперт! Скажите —■ Эгею, Что сын его...
Прорицатель
Мертв Царь. Не родиться — Вот, в царстве тщеты О — снова.
Убийца Дер — жавнаго?
Прорицател — Ты.
«Бык поражен из двух — Белый, белее пара — Парус». Так в отчий слух-Слово твое упало.
«В пепле себя сокрыл — Черных, чернее вара Смольного, исди ветрил>>. Ум твой какою чарой
Заворожен? Каков Змей у тебя под корнем?
Дивною девой вдов, Изнеможа от скорби
Плыл. Когда свет не мил, Черное — оку мило. Вот почему забыл Переменить ветрило'.