Духовная культура по природе своей аристократична и иерархичвд И потому вопрос об охранении и творчестве русской духовной культурь о верности традициям русской религиозной мысли остается в силе и ир
РУССКАЯ РЕЛИГИОЗНАЯ МЫСЛЬ И РЕВОЛЮЦИЯ
эвом перераспределении социальных сил, при новой роли массового кол-зктива. Вопрос этот еще более обостряется в наше время и требует огромных ровных усилий от сохранившегося культурного слоя. Русские релипюз-ае идеи и упования не теряют своего значения от смены поколений. Пора ерестать смотреть на все с точки зрения смены десятилетий, как это обычно авало в России. На многое нужно смотреть с точки зрения вечности. Дело л. Соловьева не умалится от того, что новое поколение перестанет им ннте-зеоватьея и его любить. Русские религиозные мыслители привыкли к оди-этеству и в прошлом. Поклонение же смертоносному потоку времени есть цолопоклонетво и ложь. Наши религиозные упования могут быть обращены грядущему через головы современных и ближайших поколений. Есть осно-ише думать, что поколение, выросшее на войне и революции, будет захваче-> религиозно-церковной реакцией, что ему будет чужда религиозная про-юматика. Старообрядческое и приходское православие будут стоять выше мигиозного движения XIX и XX века, как более цельное. Богословие лгрополита Макария будет более ценится, чем богословие Хомякова, Буха-зва, Вл. Соловьева и им подобным. Спрос будет главным образом на аскети-зскую святоотеческую литературу. Ложь и низость церковных реформ в Йетской России вызовет вражду ко всякому церковному реформизму. Мы зтупаем в эпоху не только варваризации, но и духовной реакции обскурантиз-' акоторый будет иметь и свое правое и свое левое выражение. Это очень нонят-) и связано с некоторым законом. Но поколение, охваченное эмоциональной закциен, не может судить о значении проблем, поставленных поколениями редшеетвующими. Оно не может быть об'ективным, опыт его суженный и ^пифический. Это есть поколение пли комсомольское, атенстически-мате-валистичеекпе, или поколение иерковно реакционное, старообрядческое, вгонное к пафосу формальной ортодоксии II к обличению ересей,- две формы прошения и нигилистического понижения уровня духовной культуры. Пов-)ряю, духовная культура, религиозно-философская мысль — аристократ ины, ныне же в разных формах происходит процесс демократизации. Насгу-ают времена, когда из хаоса должен образоваться новый космос, а это в< г-I- -предполагает создание духовной аристократии. Демократия есть лишь !щн из путей к аристократии. Идущий на мир коллективизм несет с соб| й едичайшие опасности. Механический коллектив, отрицающий чеяовече-кую личность, человеческий образ, есть царство антихриста, он торже-гвует в коммунизме. II предстоит трудная и долгая борьба против механи-еского коллективизма во имя духа, во имя человека, во имя свободы. Эта эрьба не может означать возврата к индивидуалистической эпохе. Она долж-авестись во имя религиозного коллектива, в котором утверждается и дух, человек, и свобода. Профетизм русской религиозной мысли будет им р ть
огромное значение в этой духовной борьбе. То, что раскрывается в лпчностя» профетического типа, может казаться чуждым массам. Русские всегда были склонны отрицать истинный иерархизм, т. е. значение высшего для низшего; 1 1ерархическое строение человеческого общества и культуры и означает.чтш происходящее в верхнем иераркичееком слое имеет значение для того, что* происходит в низшем слое, хотя бы это значение были неприметно и не осознан но. Органическая эпоха старого средневековья была иерархична и предполагала не только существование иерархии церковной и государственной,: п иерархии духа. Так должно быть и в эпоху нового средневековья, беар 'кто овд превратится в антихристов механический коллективизм. Романтизм небольших культурных групп кончился и наступает эпоха религиозного реа* лпзма(не классицизма), ориентированного на об'ективнык духовных реальностях. Христианство вступает в эпоху новой духовности., которая и будет эпохой подлинных реализаций. Наряду с этим растет поколение, которое интересуется главным образом техникой и внешними условиями жизни. Но интересы масс никогда не были и не будут критерием истины. В жизни.: человеческих масс искание Царства Божьего всегда перемешивалось с иска> нием царства князя мира сего. Но все силы нашего духа должны быть направлены на искание Царства Божьего, на различение духов.. Этому иска-нпю и этому различению помогает профетияеекий дух русской религиозной мысли.